Гм. Несмотря на сложное состояние, я сразу понял, что это тот самый маг, долженствующий оказывать мне всякое содействие и поддержку. И что он сейчас откровенно хамит мне.

Сев на топчан, я уставился на мага, рассматривая его снизу вверх. Странный тип. Одет скорее как мирянин, бреется, что для магов нехарактерно. Они обычно не скрывают своего звания и регалий. Огромные широкополые шляпы, расшитые магическими знаками, хламиды из дорогих тканей, длиннющие бороды, и, гордость и украшение любого уважающего себя мага – посох с увесистым камнем на изогнутом навершии. В общем, простолюдины должны видеть издали, кто идет на встречу, и почтительно сторониться.

А этот скорее походил на приказчика из галантерейной лавки – такая же вымученная любезность, свойственная тем, кто вынужден постоянно угождать заказчикам, и, похоже, такое же непомерное, но тщательно скрываемое самомнение.

Да впрочем, Нургл с ним. Мне детей с ним не светить, сделаем дело, да и все.

– Вы знаете меня. А я вас нет, – наконец произнес я вопросительно.

Тот понял все правильно.

– Разрешите представиться – Литциниус Кнаппе. Магистр света.

– Прекрасно. Не хотите ли эля?

Маг слегка порозовел.

– Не откажусь.

– Тогда найдите в рефектории брата Гиппеля, это ключник, толстый такой, с бабьим лицом. Попросите его подняться ко мне, скажите, что дело срочное.

Вскоре мы уже тянули прекрасный монастырский эль с медом и грюйтом. Конечно, я предпочел бы пиво, а не это сладкое густое пойло, но в этих краях пива, увы, не сыскать.

Я никогда еще не видел ни одного мага вблизи и никогда ни с кем из них не разговаривал. Маги – очень закрытая корпорация. Нужно учесть еще довольно сложные отношения Конклава с Приоратом, не говоря уже о Великой Инквизиции. Так что, найти мага в монастыре сложнее, чем девственницу в борделе.

Маг поначалу держался отчужденно и высокомерно, но, выпив со мною, стал немного приветливее. Опыта шастания по Гиблым землям он, конечно же, не имел. Вообще, задание Тереллина оказалось ему сильно не по вкусу.

– А что он рассказал вам об этом деле?

– Да почти ничего. Даже не раскрыл мне, какой артефакт мы ищем. Ясно лишь, что это поделие эльфов.

– Эльфов? Интересно…

– Да, такая седая древность. И все непонятно, как всегда с эльфами.

– Что же, если вам будет что-нибудь нужно – дайте знать!

– Благодарю, – холодно отозвался маг, – но я могу обратиться к канонику напрямую.

– А как вы оказались на службе церкви? Это такая редкость – маг в монастыре!

– Я не служу церкви. Я, как бы…рядом. Когда я нужен, меня зовут, когда нет – обо мне забывают. И привлекают меня к делам по личной инициативе каноника. Уверен, если бы наверху, – маг закатил глаза, – скажем, в канцелярии экзархата, узнали бы о таком нарушении благочиния, Тереллину бы не поздоровилось.

Засим он откланялся.

Через два дня пришел отряд пехотинцев, которым командовал некий Николас Рейсснер. Этот мне сразу не понравился. Крупный, бритоголовый здоровяк, с огромной жуткой вмятиной на черепе, в которую можно было поместить куринйое яйцо, он был громогласен, шумлив и бестолков. Солдаты, правда, его любили - видимо за то, что он был таким же тупым и грубым ублюдком, как и они все. С этим мы пить не пошли, да и времени уже не было.

Отряд Рейсснера, несмотря на мою антипатию к командиру, в целом производил неплохое впечатление. Семьдесят восемь рыл, плохо выбритых, но довольно здоровых. Два офицера – ротмистр Николас Рейсснер, чернобородый здоровяк, и лейтенант Дитрих Майнфельд, высокий, крепкий тип, постоянно ходивший в кольчужном койфе. Два сержанта. Солдаты, судя по выговору – в основном с берегов Таала, где люди славятся выносливостью и склонностью к ереси. Почти у всех есть или кольчуга, или колет из толстой кожи, и решительно у всех – айзенхут или шпангенхельм. Мечей, конечно, мало, в основном – топоры или тесаки, но зато у каждого есть что-то на древке – или копье, или глефа, вулж, альшпис, или просто готентаг. Тут наша монастырская стража, намного хуже вооруженная и снаряженная, не выдерживала никакого сравнения с людьми Рейсснера.

Боевого опыта этим ребятам тоже было не занимать.

– С кем вам довелось сражаться последнее время? – спросил я Майнфельда.

– Два года мы служили под началом Бреттенхера фон Риттау, знаменитого наемника, в западном Миддланде. Воевали с врагами барона фон Эренхард-Липпе. Не вылезали из осад! Потом ребятам это надоело, и мы перешли на службу к герцогу фон Волленбургу. Участвовали в двух походах на оловянщиков, сопровождали обозы герцога в Лайтенц и Мариенстад. А две недели назад нас вдруг погрузили на баржи, и отправили вверх по Рейку через весь Кенигсланд, и вот мы здесь.

– Воевали ли вы с орками?

Майнфельд повел плечами.

– Среди солдат многие наверняка с ними встречались. Но всему отряду с орками воевать не доводилось. Нет у князей времени на орков. Слишком уж много забот доставляют люди!

Поскольку все были в сборе, пора было выступать. Рыцарь отправился за вещами к своей вдовушке, а я, пока лавки не закрылись, побежал за подтверждением векселя.

Менялы в Андтаге сидели на Монастырской улице, недалеко от собора. Там же была контора нотариуса Тимме. Его прекрасный каменный дом стоял буквально в двух шагах от монастырской ограды.