— Быстро на возы, сукины дети! Кончай ковыряться в задницах, чтоб вас ..... .....!!!

Командирский рык, как всегда, произвел на пехотинцев самое бодрящее действие. Все побежали, как кролики от лая гончих, причем каждый солдат уже имел свой «любимый» воз и место на нем.

Рейсснер оказался не прав. Гоблины с визгом прыгали на телеги, пролезали между ними, подползали под днищами. Сразу начался бой накоротке. А тем временем к нам уже приближались отряды орков.

Пришлось и мне взяться за дело. Взяв копье, я отпихивал эту мразь обратно за повозки. Тяжесть доспеха, хоть и делала меня неповоротливым, зато внушала уверенность в своей относительной безопасности. Держа копье двумя руками, пригнувшись, я подождал, когда очередной ублюдок вылезет из-под телеги, и вогнал в него копье. Тот оглушительно завизжал и задергался, молотя ятаганом по древку.

От ужаса я его выпустил и взялся за меч. Легковесный клинок Стусса дважды прошелся по лысому черепу гоблина, но тот как будто бы его и не заметил. Резко крутанувшись, он переломил древко копья и, держа его обломок в одной лапе, а ятаган — в другой, бросился на меня. Хоть и невелик ростом гоблин, а какая же это крепкая тварь! Яростно отбиваясь, я отражал чудовищной силы удары и щитом и мечом, пока кто-то из пехотинцев не схватил зеленомордого сзади и не перерезал ему глотку так, что башка чуть не отлетела.

Со всех сторон раздался дикий грохот — за гоблинами навалились орки. Они яростно рубили повозки, лезли на них, подсаживая друг друга. Арбалетчики старались вовсю, вгоняя болт за болтом в измазанные черной краской туши. Плохо закрепленные повозки ходили ходуном — мы не успели вкопать колеса в землю, и теперь орки вовсю раскачивали тяжеленные фургоны, пытаясь повалить их.

— Клаус! Клаус!!!

Командир обоза, несмотря на дикий шум и крики со всех сторон, услышал, и, хромая, подскочил ко мне.

— Почему обозные не помогают солдатам? Пусть берут дубины и сражаются, или хотя бы удерживают телеги!

Тот кивнул и бросился исполнять.

Я почувствовал, что сильно взмок, и уже устал. Все-таки не привычно таскать такой тяжелый и не очень удобный доспех на себе. А орки собирались в новую атаку...

Улучив минуту, я подошел к своему фургону. Где-то тут было...да. Вот эта склянка.

Небольшая, на несколько глотков, бутылочка из мутно-черного стекла. Пробка тоже стеклянная, хорошо притертая к пузырьку. Прямо аптека, ей-богу. Взял другую склянку. Что из этого варила Аззи, а что сняли с орка-берсерка? Поди, знай!

Я еще раз внимательно посмотрел на склянку. Открыл, понюхал бурое варево. Запах был незнакомый, и какой-то чужой. Трудно было представить, что можно запихать это внутрь. Больше всего мне это напомнило смазку для лыж.

Рискнуть? Метаболизм орков сильно отличается от человеческого, но, все же, мы во многом и похожи. Я так и не удосужился проверить средство на ком-то другом, решив, что толку от такой проверки будет мало ­— ведь я отличаюсь от других. А ситуация у нас критическая. Сейчас они снова атакуют и разнесут нас в клочья! Если не случится чуда...

Я осторожно сделал один глоток. Гм. Могло быть хуже. Немного горчит, немного жжется, но в целом, терпимо. Ну, понеслось. С Богом.

Выпив зелье, я минуту постоял в одиночестве. В животе разливалось тепло, как после стопки водки, в остальном я ничего особого не почувствовал.

Снаружи послышался шум. Снаружи стоял испуганный Птах.

— Коммандер, там вас кличут, — прочирикал он.

Я вылез наружу, на ходу поправляя на поясе ножны с мечом.

Бледный Клаус стоял в окружении обозников, вооруженных дубинами и топорами. Все это было очень похоже на бунт.

— Мы не солдаты, — кричал один из них, — и не собираемся тут погибать!

— Что такое? — присоединился я к беседе.

— Обозные отказываются помогать солдатам.

— Обозные решили умереть?

— Нас брали перевезти груз, — начал один из теофилбуржцев. — Не было речи, что нам придется махать дубинами, отбиваясь от кхорновых гоблинов!

— Вы разве не знали, что пойдете в область орков?

— Нам сказали, что будет охрана.

— Охрана есть. Но она не справляется. Если не будете биться с нами — погибнем все.

— Так займись своим делом, начальник, какого Кхорна нас запрягать, — заорал другой. — Нам за это не платят!

— Могу предложить вам жалование солдат, раз уж так вышло. Что тут поделать, раз орки лезут толпами, то надо биться!

— Я скажу тебе, что мы собираемся делать, начальник. Ничего! Мы стоим и смотрим, как вы тут разбираетесь с орками. А наше дело- сторона, мы тут ни при чем. Правда, ребята?

Раздался одобрительный гул голосов.

Скоты!

Бешеная вспышка ярости пронзила меня. Одним движением выхватив меч, я, что есть сил, хлестанул им плашмя ближайшего вагенкнехта.