– Гадство, блин!

Ругань вырвалась первой, а уж потом отреагировало тело – она вздрогнула. Посреди коридора, положив ногу на ногу, сидел на пуфике Кира. Причесанный и опрятный, в белой рубашке и брюках. Округлые очки вычищены до блеска, руки сложены на груди, на лице – выражение нейтрального спокойствия. Как у бдительного начальника, который подкарауливает на выходе подчиненных, задумавших свинтить с работы раньше положенного. Хотя с учетом ситуации «бдительный начальник» ныне словил работничка, который серьезно проштрафился, опоздав на службу.

– Доброе утро, – не выходя из роли, предельно вежливо поздоровался Кира.

– Доброе. – Даня машинально втянула щеки и прикусила их изнутри, чтобы в порыве чувств не выдать что-нибудь грубое, о чем точно могла бы потом пожалеть.

– Ты не пришла ночевать, – констатировал брат. Весьма дипломатичный подход к разговору. Если бы он начал наезжать на нее и обвинять в опозданиях, то Даня с удовольствием подкинула бы дровишек в этот разгорающийся костер конфликта. А что ответить на простое утверждение? Скорее всего, ограничиться тактичным признанием мелких косяков.

– Я и не обозначала заранее конкретное время своего возвращения. Мероприятие затянулось. – Она стряхнула с себя пальто и, вспомнив об особенностях своего внешнего вида, добавила: – Я переоделась у нашего визажиста. А потом посетила персонального тренера моего подопечного. По делам.

Отчасти это была правда. Да и Регина вряд ли обидится на то, что ее назвали «персональным тренером».

– Лёля и Гера еще спят? – Даня нацелилась на дверь в ванную комнату. Душ, много мыла и море воды. Хотя это вряд ли смоет с ее совести последствия глупых порывов.

– Спят. И восьми еще нет. – Кира последовал за ней.

Даня ощущала его прожигающий взгляд. Мнительные опасения насчет того, что проницательный братец может догадаться об ее не слишком аскетических ночных похождениях, мучили и без того растерзанный разум.

– У тебя телефон отключен.

– Разрядился. Подкинь зарядку.

– Как прошло? – Юноша встал в проеме, не позволяя ей прикрыть дверь.

– Шумно. И много бесячных людей.

– Тебе не привыкать с такими работать.

– Ну да, раньше и кого похуже встречала. – Кира не торопился оставлять ее наедине с собой, поэтому, следуя установке тактичности, девушка неохотно поддержала беседу. – Так ты… Успел уже подвергнуть пытке блинную смесь?

– Только намешал в миске. – Кира по-прежнему держался отстраненно, лишь в глазах за стеклами очков метались огни, выдавая скрытое внутри буйство эмоций. Что же он хотел рассмотреть в сестре прежде, чем начать откровенный разговор? Возможно, желал удостовериться, что она все еще та, кому они, маленькие позабытые мальчишки, могут довериться?

– Оставь. Я приготовлю. – Даня потянулась к дверной ручке. – И принеси мне, пожалуйста, майку и брюки. Те, с рисунком лисят.

– Запах непонятный. – Кира нахмурился и перехватил ее руку.

«Вонь алкоголя все еще не выветрилась? Регина ничего не сказала. А этот… Унюхал же, щенок мелкий».

Она сбросила руку брата и демонстративно потянула на себя дверь.

– Наверное, пролили на меня что-нибудь. Гадость какую-нибудь. Это же был практически банкет. С танцами… – Даня закашляла. Память не преминула услужить и подкинула яркую картинку ее собственного «танцевального выступления». – Штаны неси.

Под душем девушка пробыла достаточно долго. Ни о какой экономии воды не могло быть и речи.

«Как же это произошло? – Даня смотрела на свои оголенные ноги, но даже ей не хватало выдержки любоваться этим зрелищем больше десяти секунд. Руки так и тянулись прикрыть мерзкие раны. – Как же его не стошнило? Меня-то от себя тошнит, а он ведь весь такой чувствительный…»

Она присела на корточки и подставила под теплые струи спину. Во время близости с мужчинами она никогда не позволяла раздевать себя полностью. Изворачивалась и прилагала уйму усилий, чтобы у партнера не было возможности рассмотреть ее увечья.

«А что же случилось вчера? Я проснулась в платье, а значит, его не снимала. Может, инстинкт самосохранения сработал, и мне хватило ума прикрыть ноги тканью? Чулки-то я с себя стянула… О, дьявол! Как будто это самое страшное, блин! Нашла, о чем волноваться, тупица Шацкая! Не шрамы твоя насущная проблема, вовсе не они. Как теперь выпутываться из всего этого дерьма? Я не озаботилась всерьез поисками другой работы, поэтому не сумею вот так запросто бросить эту. Если только…»

Даня выскочила из душа и бросилась к мобильному, который оставила заряжаться на полке – здесь же, в ванной комнате. На экране горели уведомления: пропущенные звонки от Киры.