Не объектом благотворительности.

Не пунктиком в списке добрых дел.

Не грязным секретиком.

— Зак… нет… — пытаюсь слабо протестовать, впервые замечая, что банка с камнями исчезла. Мне было бы все равно, если бы он их сохранил, но их отсутствие — еще одна деталь, подтверждающая, что мы есть и мы реальны.

— Ты сама хотела, чтобы я это увидел… — говорит он низким и соблазнительным голосом, от которого по венам разливается адреналин, а сердце бьется быстрее. — В качестве анонса. Поэтому я хочу дать тебе представление о том, чего ты можешь ожидать от меня позже.

— Зак…

Я с трудом сглатываю, когда он прижимает меня спиной к туалетному столику. Мои руки сжимают край, а он становится на колени передо мной, стягивая с меня стринги.

— Когда ты снова уедешь с Лией… — он оставляет стринги на туалетном столике и, озорно мне улыбнувшись, раздвигает мои ноги, удерживая их за колени, — …мне будет не хватать тебя во многом.

Он медленно облизывает губы, и я мгновенно пьянею от желания.

— Но это… — Его взгляд перемещается между моих раздвинутых ног. — Выражение твоих глаз, когда я это делаю… не описать, как чертовски сильно я буду скучать по этому.

Первое движение его языка вырывает из моей груди резкий вздох, но через несколько секунд после того, как теплый рот накрывает меня там… я подтягиваю колени, закрываю глаза и полностью теряюсь.

Одной рукой ерошу его волосы.

Другой держусь за край туалетного столика.

Это больше, чем любовь. Это больше, чем физическое удовлетворение.

Зак пробуждает во мне чувственную сторону. Разжигает страсть. Наша близость укрепляет мою уверенность как женщины. Не знаю, могу ли я доверить ему свое сердце, но свое тело я ему доверяю. Я доверяю ему свою физическую уязвимость.

Жизнь — это череда моментов, и мы считаем одни важнее других. Я не помню, как стояла в очереди за кофе, но помню, как Лия впервые похвалила одну из моих фотографий за чашкой кофе во время собеседования. Я не запомню рубашку, которую выбрала для Зака на эту свадьбу, но буду помнить клюквенный галстук и то, что он сделал со мной после того, как я впервые повязала его ему на шею.

Люди посвящают свою жизнь Богу и жертвуют своими человеческими желаниями, поэтому для любого человека было бы нелепо ставить сексуальное удовлетворение на первое место в списке важных моментов жизни. И все же я добавляю этот момент в редкий список моментов, которые мне никогда не забыть, и без которого я не уверена, что смогу жить. Слова, которые он сказал, и то, как он их произнес.

Каждый намек на ухмылку, будто он не хотел ухмыляться, но не мог сдержаться.

Каждый поцелуй в макушку, когда он глубоко вдыхает прямо перед тем, как коснуться меня губами.

Каждый раз, когда он притягивает меня к себе, на диван или просто стоя рядом, будто не может быть ко мне достаточно близко.

Каждый. Момент. До единого.

Я буду скучать по ним и сравнивать с ними каждый новый.

Зак не может отвести взгляда от моего черного кружевного платья со слегка приспущенным плечом и длинным разрезом, показывающим ногу. Полагаю, его внимание привлек клюквенный пояс, опоясывающий мою талию. Также примечательно, что все — даже отец Зака — хвалят его галстук.

— Я могу уже сказать: «я же говорила»… — В одной руке я держу бокал шампанского, а другой поглаживаю галстук Зака. — Или хочешь, чтобы я подождала?

Он отпивает шампанское.

— Ты не упоминала, что у твоего платья розовый пояс.

Я смеюсь.

— Потому что он не розовый. Он клюквенный.

— Красный.

Я качаю головой.

— Клюквенный.

— Клюквенный… — соблазнительно произносит он, и я не могу сдержать фырканье и хихиканье.

— Какое красивое платье. — Мать Даниэль останавливается по пути к молодоженам, чтобы окинуть меня быстрым взглядом.

— Спасибо. — Я улыбаюсь.

Зак, как настоящий джентльмен, официально представляет нас.

— Вики, это Эмерсин. Эм, это мама Даниэль, Вики.

— Следующая свадьба будет твоей, Зак? — Она подмигивает. — Или… — Она кривит губы и щурится, словно пытаясь что-то вспомнить. — Ты уже женат? Мне кажется, я слышала, что ты был женат.

Прежде чем мое сердце успевает сформулировать четкое мнение о подходящем ответе на вопросы Вики, Зак берет эту обязанность на себя, отступая от меня на шаг.

Отступая.

От.

Меня.

На

Шаг!

— Нет. Я не женат. Я был женат, но моя жена умерла.

Я подхожу к нему ближе и тянусь к его руке, но он сует ее в карман.

Мир перестает вращаться. Жизнь, какой я ее знаю, резко останавливается. Реальность поднимает свою уродливую голову, и я чувствую, как сердце пронзает ярость моей глупости.

Сегодня тот самый день… или он должен был стать «тем самым». Сегодня его семья узнала бы о нас. Мы этого не обсуждали. Но это подразумевалось. Ведь так? Всего несколько часов назад он с любовью назвал меня своей женой и вытворял с этой женой нечто невероятно интимное.