– Закария, что это значит?

Он на миг остановился.

– Я давал клятву верности вашему мужу, потом вам и вашему сыну. Я обязан последовать за вами.

– А как же твоя семья?

– Тину здесь ничего, кроме вас, не держит. Мы отправимся за вами хоть на Дальний Материк, хоть на Безымянные острова. И даже не пытайтесь нас отговорить.

Аврора хотела возразить, но ее палец, на который был надет перстень, вдруг пронзила обжигающая боль, а в следующе мгновение охватила все тело. Аврора осела на пол и заскулила от нестерпимого жжения.

– Моя госпожа, что с вами? – услышала она напуганный голос Закарии словно сквозь стену, но не смогла вымолвить ни слова.

Боль стучала по вискам стальным молотом, а в глазах темнело. Она корчилась в муках, казалось бы, целую вечность, а потом агония отступила. Аврора приподнялась и увидела, что перед ней на корточках сидит Закария, придерживая ее за плечи, а позади него стоит напуганная Тина с плачущим Изану на руках. Своими криками она разбудила ребенка.

– Моя госпожа, как вы? – Цепкий взгляд Закарии опустился к ее руке, и тут Аврора заметила, что камень в перстне полыхал неистовым сиянием.

Аврору обуяло странное предчувствие.

– Я должна найти мальчиков, – сказала она охрипшим голосом и встала с пола.

– Они гуляли в саду с няней, – ответила Тина. – Сходить за ними? Вам нужно прилечь.

Аврора покачала головой.

– Я сама. Если вы уверены, что хотите последовать за мной, то подготовьте все необходимое.

На ватных ногах она вышла из комнаты и устремилась в сад.

Сперва она увидела няню Элис, которая держала под руку Рэна. На ее лице читалось волнение.

– Принц Райнер! Куда вы подевались?

– Элис, где мой сын? – спросила Аврора звенящим от напряжения голосом.

– Он только что был тут, а потом убежал в сторону цветочной изгороди.

Аврора чертыхнулась про себя и устремилась в направлении, указанном служанкой. Там простирался целый лабиринт из высоких кустов, и если Райнер там заблудится, то найти его будет непросто. Он до ужаса напугается.

– Райнер! Сынок, – выкрикнула она, а потом услышала его голос.

Аврора ускорила шаг.

Со стороны цветочной изгороди донесся другой голос.

Мужской.

Аврора сорвалась с места и побежала в глубь лабиринта. У первого поворота она увидела Райнера, но ее сердце сделало сальто от волнения.

Рядом с ним на коленях сидел незнакомец в черном плаще с капюшоном.

– Кто ты такой? – убийственным тоном спросила Аврора, на всякий случай проверяя кинжал на поясе, который всегда носила при себе. – Отойди от моего сына!

Плечи незнакомого мужчины напряглись. Он поднялся на ноги и откинул капюшон, из-под которого показались иссиня-черные волосы.

Аврора сделала шаг назад.

Когда мужчина медленно обернулся к ней, она вскрикнула и зажала рот руками. По ее щекам градом покатились слезы.

Февраль, 1137 г. со дня Разделения

Рэндалл стоял на палубе корабля и всматривался в горизонт, где вдалеке уже виднелись очертания суши.

Порт Ардена.

Два года он жил словно в кошмаре и чуть было не потерял всякую надежду, а теперь стоял на носу корабля, подставив лицо зимнему ветерку, и не мог сдержать улыбки. Сердце радостно колотилось в предвкушении.

Скоро он увидит Аврору и их маленького Райнера. Совсем скоро он заключит их в свои крепкие объятия, чтобы больше никогда не расставаться. Он верил, надеялся, что теперь у них все будет хорошо.

Надежда поселилась в нем, когда он надел свой перстень.

А во время последнего разговора с Маттео она пустила прочные корни и даровала ему силу духа, которой он, казалось, лишился навсегда.

Три месяца назад

Рэндалл заправил постель и отнес грязное белье Наиле для стирки. После того как он вспомнил прошлое и рассказал все Маттео, тот сразу ему поверил и предложил переехать в гостевую комнату в усадьбе.

«Негоже принцу далекого государства спать среди прислуги», – сказал тогда он.

Но Рэндалл отказался. Он не хотел кичиться своим положением перед теми, с кем делил кров и хлеб на протяжении года, и попросил Маттео держать его истинное происхождение в секрете. Тот согласился, но настоял, чтобы Рэндалл принял его помощь. Он дал ему денег, на которые Рэндалл купил себе новую одежду, чтобы избавиться от рабских лохмотьев, и оплатил каюту на корабле, что по торговым делам отправлялся в долгое плавание к Великому Материку.