– Принц Райнер, где вы? Отзовитесь! Принц Райнер, вернитесь к нам, мы будем лепить снежный замок.

Райнер… его сын.

Рэндалл бросился в сторону лабиринта, когда у самого входа услышал хруст снега.

– Райнер, – тихим, охрипшим от волнения голосом позвал он.

Из-за ближайшего поворота вышел маленький мальчик. Рэндалл знал, что сыну должно быть два с половиной года. Малыш был в меховой шубке и шапке, а из-за шарфа виднелись только глаза, нос и румяные щечки, обрамленные густыми черными локонами, торчащими из-под шапки. В руках он держал кота, который, что удивительно, не сопротивлялся и не пытался вырваться из детской хватки.

– Киса, – сказал он, и протянул кота.

Рэндалл тяжело сглотнул, пытаясь совладать с эмоциями. Он осторожно подошел к сыну и опустился перед ним на колени.

– Кто ты? – спросил Райнер, изучая его пронзительными прозрачно-серыми глазами. Он не испугался незнакомого мужчины и разглядывал его с интересом.

Но Рэндалл все равно боялся напугать его и даже не пытался прикоснуться, хотя все отдал бы за то, чтобы обнять и прижать сына к себе.

– Я… – Рэндалл прочистил горло. – Я твой отец.

– Папа? – Малыш ослабил хватку, и кот, приземлившись на четыре лапы, помчался прочь.

Рэндалл молча кивнул. Все внутри его изнывало от тоски.

Когда он покидал Арден, Райнер был крошечным комочком, но за годы его отсутствия так сильно вырос.

– Райнер, сынок!

Этот голос полностью лишил его самообладания, и судорожный вздох сотряс его грудь.

– Мама. – Райнер широко улыбнулся, отчего на его щеке появилась ямочка. Прямо как у Рэндалла.

Позади него захрустел снег.

– Кто ты такой? – В голосе звучало волнение вперемешку с угрозой. – Отойди от моего сына!

Рэндалл несколько раз глубоко вдохнул и, скинув капюшон, медленно поднялся на ноги. Райнер обошел его и побежал на звук голоса. Рэндалл обернулся и замер.

В этот миг все его внутренние барьеры рухнули.

Перед ним стояла Аврора. Она стала еще краше с момента их расставания. Черные волосы цвета воронова крыла были убраны в низкую прическу, а передние локоны обрамляли белоснежное лицо с легким румянцем на щеках. Взгляд ярко-синих глаз пронзил его сердце. Она всхлипнула и зажала рот руками. По ее щекам потекли слезы.

– Аврора… – наконец выдавил он из себя.

Ее ноги подкосились, и Рэндалл мигом подлетел к ней, обхватив за талию.

– Аврора, – выдохнул он до боли родное имя, крепко прижимая к себе.

– Это ты… – Она наконец отняла руки от лица. – Неужели это правда ты?

Аврора тряслась в беззвучном плаче. Рэндалл и сам не замечал, как по его щекам текут слезы, а губы безнадежно дрожат. Райнер вцепился в подол платья матери, но Рэндалл не мог оторвать взгляда от жены.

– Я вернулся, – прошептал он. – Я вернулся к тебе, Аврора.

Когда она коснулась холодными пальцами его лица, Рэндалл всхлипнул. Эти прикосновения не шли ни в какое сравнение с его снами. Аврора была настоящей, реальной. Такой мягкой, теплой, нежной. Такой его. Словно не было тех двух с половиной лет.

Он был дома.

Она была его домом.

– Рэй… – Аврора провела пальцами по его губам, и он застонал от боли, облегчения, любви и раздирающей сердце тоски. – Умоляю, скажи, что это не сон. Скажи, что я не проснусь, как во все прошлые разы.

В отличие от Рэндалла, она не сдерживалась и плакала, как маленькая девочка. Его девочка.

– Ты тоже видела сны?

Она кивнула и громко всхлипнула.

– Я так ждала тебя, Рэй…

– Аврора, душа моя. – Рэндалл пригнулся и поцеловал ее в губы. Она тут же обмякла и обхватила его шею в жадном объятии, словно боялась, что он снова исчезнет. Все внутри Рэндалла ликовало, кричало от счастья вперемешку с болью. Ее губы были солеными от слез, но для него не было ничего слаще них. Он накрыл ладонью ее затылок и крепче прижал к себе, углубляя поцелуй, вкушая жар и сладость ее губ. Аврора льнула к нему всем телом, зарывалась пальцами в его волосы, покусывала губы, словно напоминая ему, что он любил это делать сам. Для Рэндалла перестал существовать весь остальной мир. Она была рядом, она ждала его, любила все эти годы.

Райнер молча стоял рядом, продолжая обнимать маму за ногу, поглядывая то на нее, то на Рэндалла осознанным серьезным взглядом. Будто все осознавал, будто понимал боль родителей.

– Прости меня, прости за то, что так долго не мог вернуться, – прошептал он, оторвавшись от ее губ, но не выпустил из своих объятий.

Аврора покачала головой.

– Главное, ты вернулся. Теперь все будет хорошо, правда? – Она почему-то заплакала еще сильнее. – Пообещай, что у нас все будет хорошо.