— Пою.

— У тебя отвратительно выходит!

— Правда что ли? — сидящий напротив мужчина в черных доспехах усмехнулся, давая понять, что действует так он специально и прекрасно осведомлен о том, что у него нет ни слуха, ни голоса. — А мне кажется это прекрасный кавер на песню «Ты не овца, а он не бык» группы «Кофе напополам».

— Что за дерьмо?! — скривился Слейпнир. — Даже с твоим отвратительным исполнением я понял, что речь о песни ретро-поп-группы «Чай вдвоем». Ее постоянно крутили диджеи по «Ретро Радио» в программе «Тем, кому за двести пятьдесят»…

Офицер осекся, глядя на довольную рожу допрашивающего.

Тут что-то происходит.

— Знаешь, — человек потянул руку в сторону и в момент продемонстрировал пленнику его собственный мачете. — Я мог бы поверить в то, что ты тот, кем притворяешься, но видишь ли в чем беда… Знаешь ли ты, что такое безумие? Это повторение одних и тех же действий, снова и снова, в надежде на другой результат. Ну или как-то так…

Слейпнир подозрительно посмотрел на человека.

Что за хрень тут творится?!

Что еще за сборник цитат компьютерных игрушек пятивековой (а может и большей) давности?

Он попытался сесть, но был остановлен ударом кулака в грудь, отчего затрещали ребра и воздух покинул легкие.

Солнечное сплетение, оно такое…

— Ладно, вижу, что ты парень не дурак, — незнакомец, облаченный в боевую броню, схватил солдата за шиворот формы и усадил, прислонив спиной к подозрительно гладко обработанной стене пещеры.

Но именно это дало понимание сразу нескольких вещей.

Первое — кроме них двоих тут никого нет.

Второе — это не пещера.

Третье — ситуация из серии «Дерьмовей некуда».

— Давай я для начала представлюсь, лейтенант, — произнес незнакомец с улыбкой, от которой мужчину пробил холодный пот. — Все верно, солдатик, твой нейрочип выдал мне весь твой расклад.

— Не может этого быть, — отрезал Хейльмшмид. — Военные образцы не настроены на…

Он осекся, видя довольную рожу собеседника.

— Дерьмо, — шикнул он.

— Да ладно тебе, — хмыкнул пленитель. — Ты сам себя с потрохами давно сдал. Винтовка времен до Падения, способная работать только у обладателя нейроимпланта, дающего подключение к Системе, военное обмундирование, мачете, произведенное на заводе, да еще и с серийным номером. Ну, а то, что на каждой вещи имеется надпись на бирке идентификации, это вообще бесспорный плюс для интенданта и старшины, но минус, когда работаешь в тылу врага. Из чего я делаю вывод, лейтенант, что ты ни разу не агент. Предположу, что пилот, потому что пехотинец не стал бы брать себе такого барахла вагон и маленькую тележку. А вот твой вещмешок набит чем-то очень похожим на содержимое пилотского носимого аварийного запаса. Но и с винтовкой хорошо обращаешься, раз она у тебя качественно обслужена. Подозреваю, папаша, что ты у нас либо хреново обученный разведчик, либо пилот, решивший поиграть в «стелс» режиме. Так что то, что ты уже прокололся, назвав руины научным аванпостом и прекрасно знаешь, что военные нейрочипы не предоставляют на дистанции опознавательные данные, вряд ли может быть причиной твоего провала. Не получилось, не фортануло…

— Это какой-то прикол — общаться мемами, которые даже до начала колонизации уже были несмешными? — спросил лейтенант.

— Что поделать — Падение откатило человечество на этап мемемемной эпохи, когда вместо приветствия дают чапалахи, рассказывают про «один прогиб и ты погиб», курят вейпы и носят малиновые пиджаки с джинсами-клеш, длинными и подвернутыми наружу. А, ну и бабы теперь не меньше сотни килограмм и носят леопардовые лосины круглый год, с эпиляцией покончено. Ну и у нас семьсот сорок один гендер…

— Все еще хуже, чем я думал, — посерьезнел Слейпнир, чувствуя, как у него в голове взрывается информационная термоядерная бомба. — Это же полное дегенератство…

После услышанного он вообще не мог ни о чем другом думать.

Он так надеялся на то, что где-то остались очаги цивилизации, но все вот это…

Все, что он услышал от человека, который явно подключен к ССР и не может не жить по кодексу чести, откровенно шокировало.

Разве за это они сражались?!

— И не говори. А еще мы практикуем уринотерапию. Собственно, поэтому ты и не задохнулся при легких, полных песка…

Лейтенант побледнел и почувствовал острый приступ тошноты.

— Да не может быть все настолько хреново, — вздрогнул он, собираясь с мыслями. — Ты явно что-то недоговариваешь.

Неожиданно пленитель рассмеялся.

— Да я тебе просто голову сношаю, лейтенант, — прохохотал он. — Видел бы ты свою морду… Ой не могу…

Слейпнир облегченно вздохнул, поняв, что сказанное ему просто ложь, не имеющая ничего общего с действительностью…

И тут его осенило.

— Ты солгал мне!? — вскричал он.

— Прикинь, — хмыкнул человек в черных доспехах.

— Но ты же нарушаешь Кодекс Предков.

— Прикинь, — подтвердил собеседник.

— Но ты же уйдешь в минус по очкам ССР и тогда не сможешь… Какого?! Как это?

Лейтенант смотрел на экранчик наручного компьютера, на котором демонстрировалось увеличение поинтов.

— Как это? — опешил он. — Ты ведь не делаешь ничего хорошего…

— Именно, мой благородный друг, — подтвердил собеседник. — Ах да, забыл представиться. Капитан Смелый.