– Катя пришибет, если узнает, – с усмешкой пробормотал самому себе, покрутив в пальцах сигарету.

Прикурил и размял шею, прислонившись к балконным перилам бедром. От соприкосновения с холодным белым камнем покрылся мурашками. Нужно было напялить что-то на тело, но я выперся с голым торсом прямиком из ванной в прохладу ночи.

Сделал долгожданную затяжку, наполнил легкие горьким дымом и с кайфом прикрыл веки.

Тут же распахнул глаза, услышав всплеск воды.

С балкона моей спальни открывался отличный обзор на внутренний двор. Качественное освещение позволило мне заметить движение у бассейна.

Майя.

Она встала у шезлонга, огляделась и стянула, виляя бедрами, те самые утренние шортики.

Я забыл свое собственное имя, засмотревшись на подтянутую попку в черных трусиках.

Собралась поплавать в поздний час?

Однако на этом мое мучение не закончилось. Малышка огляделась по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии поблизости нежеланных зрителей, и избавилась от топика… под которым не оказалось ни верха купальника, ни бюстгальтера.

Я едва не сломал зубы в крошку, стиснув их с сумасшедшей силой. Прокусил пополам сигарету. Ну и хрен с ней.

Майя взмахнула роскошными темно-шоколадными волнами, изящно нырнув в воду.

Я чуть не взвыл.

С шипением задышал и вцепился пальцами в каменное балконное ограждение, внимательно наблюдая за перемещением девушки под водой. Заключенная в ореол голубоватой подсветки на дне бассейна, она плавно извивалась, болтая ножками. Не выныривала довольно долго. Всплыла на поверхность, когда пересекла всю длину водного пространства и облокотилась о бортик.

Вытерла с лица лишнюю влагу и чуть покачнулась, на неуловимое мгновение засветив охренительными сиськами. От быстрого движения они упруго колыхнулись. Майя потерлась аккуратными розовыми сосками об угол бортика и вновь нырнула.

Я собрал в кулаки последние крупицы самообладания и ушел с балкона, громко хлопнув застекленной раздвижной дверью.

Сукатвоюмать!

Это невозможно…

Это безумие…

У меня же точно крышу сорвет, если паршивка продолжит совершать подобные выходки и дальше!

Я расхаживал по комнате, выцеживая ругательства. Поправлял выпирающий через боксеры и домашние штаны член. От безысходности даже о дрочке подумал. Не баловался мастурбацией со студенчества. Да и не возникало такой необходимости – всегда подворачивалась обладательница прелестного умелого ротика и тугой киски.

Почувствовал себя ущербно, когда давление в паху приобрело невыносимый характер, что причиняло жгучую боль, и пришлось взяться за член.

Сжать в кулаке у основания и начать остервенело наяривать до тех пор, пока жажду до сексапильного тела одной горячей особы не накрыло оглушительной волной.

МАЙЯ

Первая неделя моей работы нянечкой подошла к концу. Даже начало казаться, что я привыкла к неусидчивости близнецов и их неутомимой жажде исследовать все вокруг себя. Игнат и Илья требовали постоянного внимания, могли капризничать и устраивать истерики, но при этом не теряли очарования, от которого накрывало смертельными волнами умиления.

Мы с Ларисой Андреевной прекрасно справлялись, подменяя друг друга и распределяя задачи по дому и с детьми. Сложно вообразить, как ей удавалось держать под все под контролем столь продолжительный срок в одиночку, и не удивительно, что это подкосило ее здоровье. Внутренности скручивало в морской узел, как только я ловила себя на мысли, что в скором времени Лариса Андреевна перекинет все обязанности на мои плечи.

В субботу после обеда она забрала малышей на часовую прогулку по поселку «Зеленая Лощина», а я, воспользовавшись долгожданным отдыхом, растянулась на шезлонге у бассейна. Переоделась в купальный костюм, запаслась целым кувшином содовой и ватсапе позвонила Софке.

Она ответила почти моментально и переключилась на видеовызов.

– Надо же, соизволила позвонить! – фыркнула обиженно кареглазая блондинка.

Я пригляделась к экрану телефона.

– Перекрасилась опять?

– Только корни осветлила.

– И подстриглась?

– Да нет же! – Софка схватилась за свой мышиный белобрысый хвост, который отращивала два года, и потрясла перед камерой. – Видишь? Концы сечься перестали. Я же говорила, что та корейская сыворотка с улиточной слизью чудодейственная.

Я рассмеялась, схватившись за живот.

– Точно. Все дело в слизи.

– Скучаю по тебе, – сестра захныкала, перевернувшись в кровати. В деталях мелькавшего заднего фона я узнала нашу комнату, и мое сердце сжалось от тоски. – Почему так долго не звонила? Видишь, из-за беспокойства у меня прыщи полезли!

– А ты больше лицо руками трогай. И поменьше шоколадных батончиков на ночь уплетай, – пожурила Софку, пытаясь изобразить серьезный вид, но у самой щеки от улыбки чуть не треснули.