О-бал-деть!

У меня никогда не было своего персонального уголка. Проживание у тети Миланы, старшей сестры моей блудной матери-кукушки, я бы охарактеризовала так: «В тесноте, да не в обиде». Грех на что-либо жаловаться, в моем-то положении. Я и без того была бесконечно благодарна этой великой, героической женщине, которая приютила сиротку, впустила в свою жизнь и подарила такую любовь, о которой я не смела просить. А ее дочь, Софка, моя сестра и самый-самый лучший в мире друг. Мы с ней ровесницы, но Софка с кровью из носа не перестает доказывать, что старше, потому что родилась на семь месяцев раньше.

Не отклоняясь от маршрута до кухни из-за страха заплутать в веренице помещений, схватилась за живот от ударившего в ноздри аромата выпечки. Лариса Андреевна выудила из встроенного духового шкафа противень с румяными чесночными булочками. Я чуть в обморок не упала от разыгравшегося дикого голода. Со вчерашнего вечера и крошки в рот не брала.

– Перекусим?

На ее предложение охотно закивала и присела на высокий стул у кухонного островка. Лариса Андреевна попросила меня переложить булочки на тарелку, а сама занялась приготовлением чая, попутно рассказывая, что где находится.

– Основную часть продуктов мы храним в большом холодильнике в подвале. Мясо, рыбу, консервы, крупы, овощи… Позже спустимся с тобой туда, и все сама увидишь. Закупаемся в магазине в выходные сразу на неделю. Фрукты и овощи привозят свежие, ежедневно. Курьер обычно подъезжает к восьми часам утра.

Я стащила с тарелки одну пышную, теплую булочку и прилично надкусила.

Лариса Андреевна вернулась к кухонному островку с двумя чашками черного чая. Протянула одну мне.

– Тебе придется готовить, – женщина села на соседний стул. – С этим проблем не возникнет?

– Я люблю готовить.

В свободное от учебников время. Это, своего рода, способ медитации. Софка всегда поражалась, как замешивание дрожжевого теста в ручную может оказывать релаксирующее свойство на кого-либо вообще, и называла меня инопланетянкой из-за странных методов расслабления.

– Тогда ужины остаются на тебе. Первую твою неделю я здесь круглосуточно. А потом, как обживешься, привыкнешь к обстановке и познакомишься с детьми, буду уходить в шесть вечера, – инструктировала Лариса Андреевна. – С середины июля на месяц делами будешь управлять сама. У меня отпуск.

Она замолкла, обратив внимание на мой зверский аппетит. За пару минут я умяла целых четыре булки!

– Давид Дмитриевич тоже обожает их, – сказала с улыбкой.

Я рефлекторно стала жевать медленнее, вспомнив вчерашнее собеседование.

Не забуду эту свирепость, вспыхнувшую в красивых глазах мужчины, и то, как он схватил меня за руку. Спровоцировал адреналиновый шторм и натянул мои нервы до упругих струн. Не отпускал, словно не хотел. Словно боролся с желанием устранить все препятствия между нами…

– …Ты слушаешь, Майя?

Я встрепенулась и сфокусировала взор на Ларисе Андреевне.

Разумеется, я прослушала все, что она говорила после: «Давид Дмитриевич обожает…». Мозг отключился.

– Будь внимательнее, дорогая, – беззлобно пожурила. – Я за тебя головой отвечаю, поэтому прошу быть предельно осторожной. Во всем. В действиях, в высказываниях… Давид Дмитриевич непростой человек. Он жесткий, но не жестокий. Склонен баловать близнецов, однако я всегда его торможу. И тебе придется.

Мысль о конфронтации с Суворовым опалила мои щеки огнем.

– Простите. Я поняла. Я буду стараться!

– Знаю, милая, – женщина потрепала меня по тыльной стороне ладони и кивнула на булочки. – Кушай еще. Кушай. День предстоит тяжелый.

А день выдался не просто тяжелым. Это настоящая катастрофа. Столько информации запоминать не приходилось даже при подготовке к ЕГЭ. Лариса Андреевна предусмотрительно подготовила для меня памятку. Но называть этот сборник правил и примечаний на пятьдесят страниц буклетиком язык не поворачивался.

Первостепенной задачей было ознакомиться и запомнить расписание близнецов. Подъем, завтрак, садик, обед, мультики, дневной сон, развивающие игры и уроки, полдник, ужин, еще немного мультиков, сон. Это в общих чертах. Помимо данного алгоритма действий я обязалась выполнять побочные поручения, связанные с ведением хозяйства по дому.

Лариса Андреевна так ловко справлялась с детьми, что я не представляла, как сумею продвинуться до ее уровня.

А мальчики – чудесные. Пухлощекие, светловолосые, голубоглазые ангелочки, так похожие на своего привлекательного викинга-отца. Вроде я им понравилась. Особенно Игнату. Он так заливисто хохотал, дергая меня за волосы.