В гостиницу заселились тоже без особых проблем. Выбрали ту, что почище и поближе к центру города. Себе комнату я взял на пару ночей, так как пока слабо представлял, когда именно прибудет наш караван, и как вообще мы будем размещаться. А вот Глиноровскую оплатил на неделю вперед. И денег ему выделил целый золотой в серебряном эквиваленте. Хотел дать сразу десять, но передумал.

Не потому, что не доверял, нет. Просто, даже золотой, по местным меркам, — это огромные деньжищи. Чего уж говорить о десятке. Их просто не на что было тут тратить. Золотого же с избытком хватало и на новую одежду, и на аксессуары, и еще останется на несколько недель безбедной жизни.

То, что беглого старосту будут искать в первую очередь в его родном поселении, было и дураку понятно. Так что, эвакуацию из Пригорья решили проводить в два этапа. В первую очередь — жену и сына Глинора. Во вторую — всех, кто согласится перебраться на новое место жительства. И, если последняя в любом случае откладывалась на неопределенный срок, то вот семью надо было выручать в самое ближайшее время. Поэтому, сейчас бывший староста был занят составлением длинного и подробного послания своему старому боевому товарищу и негласному заместителю.

Именно Хониру предстояло провести ненавязчивую беседу с односельчанами и постараться сманить их ко мне в Фарсу. Положа руку на сердце, мне было плевать скольких человек тому удастся уговорить сменить место жительства. Меня интересовали Глинор в большей степени, оказавшийся намного полезнее, чем я думал. И его старый сержант, в организаторских умениях которого, я уже успел убедиться. А остальные… Для меня между ними и фарсами особой разницы не было.

Но своему новому работнику я об этом говорить, естественно, не стал. Более того, пообещал выделить им место неподалеку от замка Киффер, который планировал сделать своей резиденцией.

Пока Глинор упражнялся в эпистолярном жанре, я решил навестить Арнвальда. Не то, чтобы эту встречу нельзя было отложить до приезда остальных представителей ставки, но заняться пока было нечем. К тому же, я еще не до конца свыкся с ролью «отца — командира», так что во мне хватало и эдакого, чисто детского, любопытства.

Где располагалась лавка купца Арна я знал прекрасно из отчетов, им присылаемых. Только вот самого купца на месте не оказалось. Вместо него за прилавком стоял мордоворот, явно бандитской наружности. Ставший очень и очень неприветливым, стоило мне только поинтересоваться, где я могу найти хозяина.

Ссориться с людьми резидента в мои планы не входило, да и посвящать их в то, кем я являюсь на самом деле, тоже. Поэтому, я вежливо попрощался с «приказчиком» и направился к Арнвальду домой. К счастью, в этот раз обошлось без накладок.

Дверь мне открыла молоденькая девчушка в одежде служанки и вежливо поинтересовалась:

— Что вам угодно, уважаемый?

— Купец Арн дома?

— Дома, но он никого не принимает.

— Меня примет, — улыбнулся я, и, отодвинув служанку в сторону, прошел внутрь.

— Но как же… — Забормотала та, попытавшись преградить мне дорогу. — Нельзя.

На шум в прихожую зашел еще один детина. Довольно быстро оценил обстановку, выхватил дубинку, и быть бы беде, если бы с лестницы не раздался недовольный голос Арнвальда:

— Чего это вы там шумите? Я же сказал никого не пускать!

— И даже для меня не сделаешь исключения?! — Весело крикнул я.

— Талек? Ты… Вы… Уже тут?

— Тут, Арн, тут. — Я рассмеялся, и, проигнорировав верзилу, пошел навстречу своему агенту.

Встретились аккурат у лестницы. Дружески обнялись. И Арнвальд поинтересовался:

— Ты, наверное, голоден с дороги? Мильта, девочка, передай Агне, чтобы начинала готовить обед. У нас дорогой гость.

— Нет-нет-нет, — отрицательно замахал руками я. — Не нужно обеда. Я к тебе буквально на часок. А после вновь в дорогу. Но от вина не откажусь.

— Мильта, отбой с обедом. Принеси нам вина в мой кабинет. Палеш, — он повернулся к громиле, — а ты проследи, чтобы нам никто не мешал.

— Но, хозяин, у вас…

— Я. Сказал. Никто. — Арнвальд говорил негромко, но его слова звучали так убедительно, что даже мне захотелось вытянуться в струнку и отправиться выполнять его приказы. Чего уж тут говорить про несчастную служанку и этого дуболома. Те, стоило им лишь услышать, как изменился голос их хозяина, мгновенно бросились выполнять приказ.

— Сурово ты с ними, — заметил я, когда мы остались в прихожей одни.

— Иначе и нельзя. — Вздохнул псевдо-купец. — Ну да ладно, пойдем в кабинет. Мне есть что тебе рассказать.