Лу поняла, что она слишком пьяна, чтобы думать о подобных вещах. Некоторые люди наделены способностями от рождения. Они могут рисовать картины, играть на пианино или строить жилые комплексы. Другие рождаются с иными талантами. И если вы стремитесь к приятной жизни, нужно пользоваться тем, что вам дано.

По ее мнению, сексу придается излишнее значение. А ведь это совершенно нормальное желание, впервые возникшее после того, как Адам познал Еву. И оно вовсе не основывается, как утверждают некоторые досужие тупицы, на грязных картинках и эротических фильмах. Чтобы возникло желание, нужна только близость. Когда девочка и мальчик или мужчина и женщина вместе, то в благоприятных обстоятельствах, если, конечно, мальчик или мужчина надлежащим образом экипирован, они хотят только одного.

Луи считала, что в ее время с этим делом обстояло гораздо лучше. Если бы существовало подходящее заведение, где о четверых подростках, которые изнасиловали мисс Дейли, могли бы позаботиться за умеренную плату, можно поспорить, подобного бы никогда не произошло.

И, вопреки общему мнению, большинство девушек, работающих в таких местах, по крайней мере в домах, где ей приходилось работать, мало беспокоятся о том, чем они занимаются. Большинство из них — это девушки, такие, как она, с ферм или из маленьких провинциальных городишек либо молодые вдовы, которые вышли на улицу добровольно. Девушки, которые хотели от жизни немного больше, чем они могли заработать, служа продавщицами в универмагах, или секретаршами в учреждениях, или обслуживая столики, или работая лифтершами.

Она знала очень многих девушек, работавших с ней, которые очень удачно вышли замуж. Лу прошла в кухню, налила молока в кастрюльку и поставила ее на плиту подогреваться. К тому же эта профессия дает определенные преимущества. Достопочтенного судью Гарольда Тайлера Грина чуть было паралич не разбил, когда он услышал ее голос по телефону.

Она не видела его и не разговаривала с ним почти тридцать лет, но он тотчас же узнал ее по голосу.

— Привет, Гарольд. Это Лу.

Лу попыталась подавить смешок, но безуспешно. Стоило ей сказать эти несколько слов, как его честь так засуетился и развил такую деятельность, что Фрэнчи Ла Тура выпустили бы под залог, даже если бы он хладнокровно перестрелял весь Верховный суд штата.

Лу не особенно гордилась собой. Она такое проделала в первый раз. Это, как она полагала, было очень похоже на шантаж. Однако Гарольд был у нее в долгу. В те времена, когда она его знала, он был особенно отвратительным юнцом с самыми невероятными идеями о том, что может доставить ему удовольствие.

Она вылила подогревшееся молоко в стакан, открыла коробку с крекерами и помазала их ореховым маслом. Но все это в прошлом. Нет ее заслуги в том, что сейчас стало с этим домом.

Она лишь сидит в своей квартире и не сует нос в чужие дела.

А утром она займется поисками новой квартиры и снова утонет в безвестности, которая была так грубо нарушена.

В конце концов, какое ей дело до того, что произошло с мисс Дейли или с Терри или что будет с этими четырьмя мальчишками? Тем не менее она была довольна тем, как повели себя мистер Адамовский, сеньор Гарсия, мистер Роджерс и Фрэнчи.

В газетах сообщалось о множестве случаев, когда какого-нибудь бедного ребенка жестоко избивали или насиловали, пока множество так называемых мужчин стояли рядом и ухом не вели.

Слава Богу, в мире еще осталось несколько мужчин.

Лу понесла было стакан молока и крекеры к себе в спальню, но вспомнила, что утром придет молочник. Она поставила молоко с крекерами на мойку, собрала пустые бутылки, отперла дверь черного хода и увидела несчастную Терри с дымящейся сигаретой в зубах, сидящую на ступенях черной лестницы.

— И что ты тут делаешь? — спросила у нее Лу, — Сижу, — ответила ей девочка.

Лу поставила проволочную сетку с молочными бутылками на кафель:

— Это я вижу. Полагаю, тебе известно, что каждый полицейский в городе тебя разыскивает.

— Известно, — сказала Терри. — Я слышала это по радио в машине. И когда хотела пройти через парадный вход, то увидела в вестибюле копа, вот почему и сижу тут. Кроме того, — добавила она, — эти грязные подонки стащили у меня ключи, и теперь я даже не могу попасть в собственную квартиру, чтобы сложить вещи.

— О, — с издевкой произнесла ее старшая собеседница, — значит, ты нас покидаешь?

— Именно.

— Можно спросить, куда направляешься?

Терри наполнила легкие дымом и выдохнула:

— Понятия не имею. Но когда утром откроются банки, я возьму все свои деньги, а потом просто поеду куда-нибудь.

Лу внимательно посмотрела девочке в лицо. Та держала себя в руках, но за хрупкой маской спокойствия пряталась истерика.

Об этом свидетельствовал легкий тик, подергивающий один уголок губ, и едва заметное дрожание пальцев, когда она вынимала сигарету изо рта.

— Не важно куда, — добавила Терри. — Я знаю одно: мне нужно уехать как можно подальше от Чикаго, пока сюда не явился мой папочка.