Он начал было закрывать дверь, но помедлил, смотря на точно такую же дверь на противоположной стороне коридора.

— Интересно, куда она ведет?

— Наверное, в другую квартиру, — предположил Джо-Джо. — На каждом этаже по две квартиры.

Фрэнки закрыл дверь.

— Ребята, вас кто-нибудь видел?

Солли поставил тяжелый бумажный пакет, который нес, на тумбу возле раковины.

— А кто мог нас видеть? Мы припарковали тачку в соседнем квартале, потом прошли через парковку, словно идем к озеру. А потом, как ты нам велел, подошли к дому с тыльной стороны, держась поближе к стене. А ты? У тебя не было неприятностей?

— Не-а! — презрительно сказал Фрэнки. — Никто меня не видел, кроме одной глупой старой дамочки с первого этажа. Но у меня для нее уже была готова сказочка. Я сказал ей, что маленькая блондинка попросила меня завезти ее барахло к ней домой. Я даже показал ей ключи.

Гарри продолжал волноваться.

— А что, если, когда она пойдет домой, эта старуха переговорит с ней и скажет, что ее в квартире ждет парень? — Он эмоционально развел руки в стороны. — Она тогда удерет еще быстрее, чем смылась от нас с озера.

— Расслабься, — повторил Фрэнки.

Он открыл бумажный пакет и вытащил из него две упаковки пива по шесть банок, две четверти виски, холодную нарезку и порезанный хлеб. Они купили все это на часть тех денег, что нашли в сумочке Терри.

— Я все предусмотрел.

Он поискал и нашел открывалку, чтобы открыть банку пива.

— Старая леди ничего ей не расскажет. По той простой причине, что подумает, что я ушел.

— Я что-то тебя не понимаю, Фрэнки, — сказал Джо-Джо. — С чего бы ей так думать?

Фрэнки отпил пива, потом вытер губы тыльной стороной ладони.

— Потому что теперь, когда вы, ребята, уже тут, я собираюсь пройти назад по лестнице и прямо перед ее окнами, а потом выйду на подъездную дорожку. А вернусь по черной лестнице.

— Умно придумано. Очень умно, — оценил Джо-Джо.

Фрэнки допил пиво и поставил банку в раковину. Потом прошел к винтовой лестнице и вернулся в кухню через пять минут, потный, но гордый.

— Она тебя видела? — спросил Джо-Джо.

— Уж я постарался, — ответил Фрэнки. — Я всю дорогу насвистывал, особенно когда спускался по последнему лестничному пролету. Потом вышел через парадную дверь и прошел мимо ее окна. Можно не сомневаться, она была там. Подсматривала в щель между занавесками.

На Джо-Джо это произвело впечатление.

— Ну и мозги у тебя, Фрэнки!

Фрэнки открыл еще одну банку пива и, прихватив ее и бутылку виски, нетвердой походкой направился в гостиную.

— Теперь нам остается только ждать.

— Мило. Очень мило, — восхищался Солли гостиной.

— Очень похоже на нее, — заметил Джо-Джо.

— А что, если она не придет домой? — спросил Гарри.

— Бога ради, прекрати трусить, ладно, Гарри? — нетерпеливо оборвал его Фрэнки. — Рано или поздно ей же нужно будет прийти домой. В данный момент она, скорее всего, берет взаймы платье у какой-нибудь своей подружки.

Он открыл виски и плеснул немного в пиво, потом передал бутылку Солли и прошел через спальню с незастланной постелью в ванную. Мысль о том, что произойдет, когда Терри действительно вернется домой, заставила его воспользоваться туалетом.

Он надеялся, что маленькая блондинка скоро появится. В таком возбужденном состоянии он не мог долго терпеть. Нужно было искать выход. Но он пообещал себе, что никогда больше не станет делать этого. И держал свое обещание. С тех самых пор, когда отчим застал его за этим занятием и сказал, что от этого он может сделаться импотентом.

Фрэнки внимательно рассматривал свое отражение в зеркале ванной комнаты. Ребята действительно уважали его. «Ну и мозги у тебя, Фрэнки!» — сказал Джо-Джо.

Он слил воду в унитазе, потом погладил несколько скудных волосков на подбородке. Более того, ребята думают, он переспал со многими девушками, как он хвастал. Если только они узнают правду, он со стыда не сможет показаться в школе. Ведь кроме обычного детского трепа, что большинство девушек, которым он назначал свидания, спали с ним, в близких отношениях он был всего два раза.

И то один раз не считается. Это было с его кузиной Мартиной, в ванной комнате ее родительского дома, в день, когда, кроме них, в квартире никого не было. Мартина, совершенно обнаженная после ванны, груди и треугольник волос у нее только начали появляться, была так же возбуждена и любопытна, как и он. Но даже после того, как он снял с себя всю одежду и они провели весь остаток дня, изучая, щупая друг друга и стараясь приладить свои интимные места друг к другу, поскольку они были слишком малы, ничего так и не вышло. Им было лишь приятно. А потом осталась саднящая боль.