— Добрались, — с облегчением сказала Зера, пересекая красноватую пелену, перекрывающую проход. Я ступил следом.

Впереди лежал хорошо подсвеченный коридор. Через каждые пару метров, на уровне груди висели магические светильники. Заливающие пространство желтоватым светом. Также я заметил несколько арочных входов, чего раньше не попадалось.

— Нам стоит поспешить. Стражам, мы слава Всеединому, не попались, но это не значит, что здесь никого нет и нам нежелательно попадаться к ним на глаза.

Примерно каждые пятьсот метров попадались арки. Некоторые были закрыты решётками, то ли не желая впускать незваных гостей, то ли наоборот, не желая выпустить то, что находится внутри. И по тому, какие звуки доносились из-за решёток, я склонялся к последнему варианту.

Туннель вывел нас в верхнюю точку зала, похожего на амфитеатр. Десятки полукруглых трибун опускались вниз к ровной площадке. Всё это подсвечивалось разноцветными сполохами. Красными и синими. Я пригляделся и увидел застывшую в полутора метрах от пола Печать. Именно она давала переменчивый свет. Помимо этого вокруг Печати светился магический щит. По насыщенности можно было понять, что он как минимум превосходит многое из того, что мне доводилось видеть ранее, а скорее всего является непреодолимым для обычного смертного.

— Спускаемся, — тихо сказал я.

Пролёт за пролётом мы спускались всё ниже, к ровной площадке, в центре, которой застыла Печать.

— Всё дальше нам идти не стоит, — сказал Виктус и придержал Зеру, чтобы та оставалась на месте, — Не передумал? — спросил он, заглядывая мне в глаза.

— Нет! Попробуем, — мне вдруг стало интересно. Получиться или нет?

— Ты понимаешь, чем это может тебе грозить? — заламывая пальцы на руках спросила Зера.

От одного до десяти уровней и сутки на перерождение, но не говорить же об этом местным…

— Вполне, — ответил я, и послал ей улыбку, стараясь слегка подбодрить.

— А вы вообще в курсе, что это за артефакт? Зачем он нужен и кто внутри? — спросил я, стараясь понять, что эта парочка вообще знает о Печатях.

— Там кто-то внутри? — тут же сделала стойку Зера.

— Предположил, — соврал я. Выдавать подобную информацию я не собирался. Для собственной же безопасности…

Виктус с подозрением посмотрел на меня. Я постарался ответить самым честным взглядом. Получилось? Нет? Поверил? Без разницы, пусть подозревает в чём угодно, мне было всё равно.

— Подходим, пробуем и уходим, — сказал Виктус, — Почувствуешь, что не можешь продвинуться, разворачивайся, оно того не стоит…

Я был более чем согласен с подобным подходом.

Я направился прямиком к Печати. Не доходя до неё десяти шагов, я почувствовал сопротивление, как будто приходилось протискивать себя сквозь густое желе. Ещё через несколько шагов, кожа начала зудеть, с каждым пройденным сантиметром всё сильнее, пока зуд не перерос в нестерпимое жжение. Пришлось стиснуть зубы и на время отключиться от неприятных ощущений. Глаза тоже закрыл, так как пекли они значительно сильнее чем кожа.

При этом ползунок здоровья оставался на месте, что придавало сил двигаться дальше.

Оглянулся. Виктус и Зера застыли в нервном ожидании. Молодой архимаг переступал с ноги на ногу, и то и дело хмурился. Зера покусывала нижнюю губу.

Шаг за шагом я продвигался вперёд. Жжение сменилось болью во всём теле. Но ещё я почувствовал, что мне рады. Помимо боли, Печать посылала мне волны дружелюбия, как верный пёс приветствует долго отсутствующего хозяина. Вряд ли заточённое внутри божество испытывает именно такие эмоции, но не разгневано и то хорошо.

До Печати оставалось меньше пары шагов, и тут я остановился. Поняв, что смогу это сделать, подойти и вырвать её из кокона. А нужно ли мне это делать? По всей видимости, нет. Кому я сделаю добро? Едва знакомым Зере и Виктусу? Или возможно помогу жрецам Всеединого? Ни один из вариантов мне не нравился, кроме двух других. Первый, схватить Печать и забрать её себе, попутно устранив двух свидетелей. Либо оставить всё как есть.

Последний меня устраивал больше всего. Не поверю, что Печать висит здесь просто так, скорее всего включился защитный механизм и ни маги ни жрецы не могут с этим ничего поделать. Всеединый может, но у сущностей подобного порядка время течёт не так как у обычных смертных. Год, два, десять. Для бессмертного существа миг, не более. Проще немного подождать и положиться на то, что Печать так и продолжить висеть в воздухе, не подпуская никого к себе, чем действовать самому.

Удовлетворённый подобной отсрочкой, я изобразил безуспешные попытки пробиться дальше, после чего отступил.

— Не могу… — с печалью в голосе пробормотал я.

— Жаль, в какой-то момент я подумала, что у тебя получиться, может, отдохнёшь немного и попробуешь вновь? — спросил Зера.

— Нет, не хочу сгореть… — ответил я.

— В любом случае между тобой и артефактом существует некая связь. Никто до тебя не смог преодолеть и первый слой, ты же подобрался вплотную… — сказал Виктус. Он пытался изобразить равнодушие, но в глубине глаз я видел недоверие.