– Шизм, по всей видимости, исказил ткань Эйджирема, - сказала Пушок, - связав ее узлом, так сказать.

– Каким образом?
– спросил Святой Кел.
– Я слышал об этом феномене, но я думал, что это была лишь игра света, остаточное явления какой-то Иззетовской магии.

– Шизм гораздо больше, чем это, - вклинился Верховный Арбитр.
– Это был противоестественный эксперимент, созданный с помощью магии и зино Оржов, если я не ошибаюсь. Верно, адвокист?

Таисия поморщилась. У Верховного Арбитра, вполне естественно, были очень хорошие источники информации.

– Уверена, что не знаю о чем Вы, Ваша честь, - сказала она. Адвокисты не обязаны были находиться в круге истины.
– И все же, я хотела бы знать, какое отношение...

– Расслабьтесь, адвокист. Оржов выполняют свои обязательства по Пакту Гильдий, как и все мы, - ответил Августин.
– Вы не на скамье подсудимых.

После нескольких секунд тишины, Таисия кивнула.
– Продолжайте, легионер.

– Эйджирем как бы - "зацепился", видимо, это самое подходящее слово - за Шизм.

– Вы говорите, что Эйджирем летает в небе?
– спросил Нодов в недоумении.
– Такой огромный невидимый город призраков бороздит небеса, словно лист на ветру, надсмехаясь над нашими основными религиями?

– Я не говорю, что город призраков надсмехается над чьими-то ни было основными религиями, как не говорю и о том, какие из религий относятся к таковым, - спокойно сказала Пушок.
– Я присягала на защиту правосудия, справедливого возмездия, и закона. Это не боги. Это идеалы. Я также не берусь утверждать, что понимаю, как ткань мироздания ведет себя по отношению к нашему миру. Я знаю лишь то, что мой гилдмастер рассказала мне, и я верю в то, что это правда.

– Само собой, иначе бы Вы не смогли это произнести, - сказал Верховный Арбитр.
– Легионер, как Парелион попал в эту "складку" мироздания? Признаю, мне самому это трудно представить.

– Милорд, Парелион был построен с целью, найти края нашего... нашей реальности, - сказала Пушок.
– Мана, питающая его, как я понимаю, слегка подворачивает нашу реальность. Он остается в воздухе не благодаря воздушным сферам, не полностью, но также благодаря тому, что небольшая его часть постоянно находится в немного другом измерении. Прошу прощения за неуклюжесть этого объяснения. Я не инженер. Эта небольшая часть Парелиона, этот двигатель реальности, и позволил крепости проскользнуть в Эйджирем, после того, как тот зацепился за Шизм, - объяснила Пушок.
– Парелион пробил оболочку, и выплыл с другой стороны. Разия не была уверена, как нам было вернуться. И, спустя некоторое время, она решила остаться там, чтобы исследовать это место.

– Благородное решение, - сказал Верховный Арбитр.
– Поиск знаний. Это не очень присуще ангелам. Как и то, что она оставила свои обязанности по защите Равники.

– С этим трудно спорить, - сказала Пушок, - разве что, хочу отметить, что гилдмастер никогда не была типичным ангелом. Она приняла решение исследовать потенциально возможную опасность, рассчитывая на то, что этот мир сможет какое-то время обойтись без ангелов. Я также не оспариваю тот факт, что в последствии, я считаю, что это решение было не верным.
– Впервые, с начала ее показаний, эмоция - тоска, глубокая тоска - прокралась в голос ангела.
– Парелион пробыл в Эйджиреме совсем недолго, когда я их нашла. Я признаю, что не помню многого о собственном путешествии, кроме того, что оно было не простым.

– И все же, Вы пересекли эту оболочку, о которой Вы говорите, самостоятельно?
– спросил Августин IV. Таисия не была уверена, что ей нравилось заинтригованное выражение его слепых глаз.

– Пересекла, но не без помощи моих сестер по другую сторону, - сказала Пушок.
– Они направляли меня туда.

– Что это... На что похоже это место?
– спросил Нодов.
– На что похож великий потусторонний мир?

– На все, - сказала Пушок.
– Эйджирем, это в одночасье каждое место, когда-либо существовавшее. К сожалению, у меня было мало времени на его изучение.

– Почему?
– спросил Верховный Арбитр.

– Потому что призраки Эйджирема пошли на ангелов войной.

Венслов решила вооружиться всем, чем можно. Погибать без боя смысла не было. По положению нескольких трупов, она пришла к выводу, что ангелы пытались добраться до оружия, но не успели. Венслов тихо вышла из оружейного склада, пара заряженных огневых жезлов висели у нее за спиной, третий она держала в правой руке, пара коротких мечей и сеть свисали с ее обвисшего оружейного пояса - никогда не знаешь, когда пригодится сеть. Два патронташа с небольшими, оранжевыми сферами, которые гоблины называли бахпуфы, перекрещивали ее нагрудник.

Воздушный маршал Венслов отщелкнула предохранитель на пусковом рычаге огневого жезла, выставила оружие перед собой, как щит, и направилась к капитанскому мостику.

Перекосившийся пол вынуждал Венслов держаться одной рукой за стену, чтобы не упасть, потеряв равновесие. Увешанная таким количеством взрывчатки, она понимала, что одного ее неосторожного шага и падения под неверным углом, будет достаточно, чтобы оставить от воздушного маршала лишь кровавые разводы на стенах и полу.

Спустя несколько минут, она взошла на капитанский мостик, и ее сердце сжалось. Он был совершенно пуст. Трупов не было, хотя кровавые пятна покрывали весь пол. Предполагаемого противника тоже не было, но все вокруг было в руинах, и все остальные входы и выходы оказались закрытыми. Штурвал был выбит из своего места, и разломан на куски. Различные панели управления были не в лучшем состоянии: Две все еще тлели в зеленоватом пламени, которое выглядело одновременно магическим и электрическим. Лишь фронтальный невидимиззиумный ветровой экран Парелиона остался в целости, без особых повреждений.