Золотистый поток из-под капюшона ударил парня в грудь и его полностью окутало сиянием. Потом поток исчез и Джери рухнул на пол, как тряпичная кукла, но быстро поднял голову и начал вставать с пола. Оказавшись на ногах, он начал двигать руками и ногами, словно заново ощутил, что они у него есть.

Жрец что-то безмолвно вещал ему, потом здоровяк развернулся и пошёл обратно.

После Джерарда пошла Марико, потом сёстры блондинки. Наконец-то настал черёд Акеми. Когда рука жреца указала на неё, она на мгновение сжала мою руку, потом решительно пошла вперёд.

Я очень переживал за неё. Насколько я понял, у неё нет императорской крови. Получится ли открыть истинный дар? А если нет, она не пострадает?

Я старался не показывать своих сомнений и, когда она обернулась ко мне перед тем, как сделать последний шаг, ободряюще подмигнул и приложил правую ладонь к сердцу. Ведь не станут жрецы вредить адепту, даже если он не из многочисленных потомков первого императора?

Акеми остановилась перед Аримэия. Они долго стояли неподвижно, потом начался ритуал. Девушка приподнялась над полом, её тело окутало золотистое сияние. Оно мягко пульсировало, потом девушка встала на ноги, поклонилась жрецу и пошла обратно.

На лице смешанные чувства, вроде и радость, но слёзы на глазах. Я с нетерпением ждал, когда она подойдет и встанет рядом со мной.

— Что-то не так? — тихонько спросил я, чтобы не слышали другие.

— Всё нормально, — твердо ответила она и первая слеза скатилась по щеке.

— Говори уже, зачем скрывать?

— Я боюсь, что ты меня бросишь теперь! — горячо зашептала она. Она уже не скрывала слёз, которые дружно покатились по её щекам. — Зачем тебе нужна неполноценная без истинного дара? Так, пирожок ни с чем!

— Что ты такое городишь? — пробормотал я, целуя её мокрые щёки, чувствуя соленый привкус на губах. — Мне ты нужна, а не твой дар! Даже если твоим самым крутым даром было бы жарить картошку, это ничего не изменит в моём отношении к тебе!

— Вот именно! Я даже картошку жарить не умею!

— Ну и ладно, этим всё равно будут повара заниматься, а ты будешь всегда рядом со мной!

— Бездарная!

— Любимая! Ты моя любимая! И всё остальное не имеет значения!

Она что-то ещё хотела сказать, но я припал к её губам страстным поцелуем. И плевать было, что кругом куча свидетелей. Своих бойцов я не стеснялся, а остальные поймут. Правда у Марико и близняшек в глазах горел огонь ревности.

Ничего, подождете. Когда у меня будет гарем, тогда и вас поцелую как следует. А сейчас только Акеми смысл моей жизни. В это время к жрецам вышел Валион.

— Смотри! — девушка отстранилась от меня и кивнула в сторону проводимого ритуала.

Валион приподнялся над полом чуть выше, чем остальные. Его тело объяло сияние, оно разгоралось всё ярче и ярче, пока он ослепительно не вспыхнул, заставив всех зажмуриться.

Когда я открыл глаза, смог различить лишь тускло светящиеся кристаллы в тёмной комнате. Чтобы быстрее привыкнуть к потемкам, снова зажмурился. Все молчали и оставались на своих местах. Различил лишь едва слышное шипение со стороны, где лежал Валион.

Я был в полном шоке. Валион был магом света, чистым душой и помыслами. За что? Когда снова открыл глаза, уже смог увидеть, что на полу лежат лишь обугленные головешки вместо моего светляка.

В горле застрял крик, и я рванул вперёд, но словно наткнулся на невидимую стену. Жрец вытянул руку вперёд, я не мог даже пошевелиться.

— Вернись на своё место, Акиро! — его голос буквально ударил в мозг. — Всё нормально.

— Да какое на хрен нормально!? — прохрипел я. — Вы сожгли моего мага!

— Всё не так, как кажется, вернись на место, не вынуждай меня применять силу.

Вряд ли я мог тягаться с верховным жрецом. Может и мог, но не сейчас, я еще не умел пользоваться своими новыми навыками. Но, может и не надо ни с кем сейчас меряться силами? Может жрец прав?

Я медленно отошёл назад и прижался к стене. Акеми сжала мое запястье и тоже неотрывно смотрела на тлеющие останки мага. Мастер Шино стоял рядом с нами с невозмутимым лицом. Ну если он не бунтует, может и правда всё будет хорошо? Хотя в это уже слабо верилось. Он же не феникс.

Жрецы обступили останки и протянули к ним свои руки. Легкое свечение сплеталось в спирали и впитывалось в изуродованное тело. Вскоре тлеющие головешки окутало розовое свечение, и они начали преображаться.

Обугленный труп начал шевелиться, обрастать новой кожей и обретать очертания человека. Все как завороженные смотрели на изменения, которые происходили с телом. Прошло минуты три, когда тело полностью восстановилось.

Валион резко вдохнул и закашлялся, пытаясь подняться с пола. Испуганными глазами он оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Потоки энергии, обвивающие его тело прекратились, и жрецы опустили руки.