— Ну ты же помнишь: несколько рабов чем-то заразились, а потом взяли и умерли! И, скорее всего… — начал заново разъяснять я, но был бессовестно прерван:

— Стой, Вано… Почему ты думаешь, что это была инфекция?

— Ну, есть догадки. Новенькая девушка, Кэт, сказала, что симптомы очень похожи! — пояснил я.

— Это ничего не значит! Она ведь не врач? А если врач, тащи её сюда! — уперев руки в бока и колыхнув на меня грудью, заявила Лена.

Ух! Знаю я это выражение лица! Оно всегда возникает у специалистов, когда им кажется, что ты им несёшь чушь, а не свет новых знаний…

Причём ты ещё только рот открываешь — а они уже уверены, что из него одна лишь чушь выйдет! И сразу у них вот такое выражение лица появляется! Слегка скучающее, слегка отстранённое, слегка раздражённое… Я много раз такое видел!..

Нет, я всё понимаю… Каждый специалист сталкивается за свою жизнь с огромным количеством ереси. И большую часть этой ереси они вынуждены выслушивать, пока зубы не отрастят.

Однако сразу наезжать лишь за то, что кто-то рот раскрыл в присутствии научного светила — это перебор! Ты сначала выслушай, вдумайся… В общем, нельзя было оставлять такое безобразие без ответа.

— Я задал несколько вопросов СИПИНу! — продолжил я.

— Она… Ну, то есть он не отвечает на такие вопросы!.. — отмахнулась Лена.

— Слушай, а я тебе разве рассказываю, как людей лечить? — я нахмурился и сурово уставился на девушку.

— Нет вроде…

— Вот и ты не советуй мне, как из СИПИНа информацию вытягивать! — попросил я.

— Но сейчас ты требуешь аналог пенициллина! — возмутилась Лена. — Считай, почти что учишь!

— Это конечная цель! Как ты и просила, я пропустил подробности. И сразу перешёл к тому, что нужно в самом конце! — ответил я и, не дождавшись внятной реакции, продолжил: — СИПИН косвенно подтвердил, что это была инфекция, поэтому «лечилки» помочь с ней не могли. Ну, точнее, могли, но лишь справляясь с последствиями! А саму болезнь побороть не могли. Это должен был сделать иммунитет заболевших.

— Так… — на лице Леночки всё-таки появилось осмысленно-озабоченное выражение. — Какой сейчас день с нашей высадки?

— Только с нашей? Сто десятый, — подсказал я.

— Это слишком рано… Нам сделали вакцинацию, подстраивая организмы под борьбу с местными бактериями! — отрезала Лена. — СИПИНа сказала, что на момент высадки мы приспособлены к местным угрозам. Бактерии не могли выдать вариант мутации, который бы это обошёл. А ты вообще уверен, что СИПИНа подтвердила? Или опять догадки?

— Хм… Давай-ка я подкину тебе два факта на поразмыслить! — предложил я. — Первый факт: СИПИН назвал местную природу более агрессивной, чем на Земле. Возможно…

— Не думаю! — Лена поджала губы и покачала головой. — Агрессивность — это показатель, который отражает общую опасность микроорганизмов и, скажем так, наполненность ими планеты. Но к этому-то нас подготовили! А тут речь идёт о сменяемости поколений микроорганизмов. А она должна быть почти такая же, как на Земле! Я, между прочим, это давным-давно уточняла!..

— Э-э-э, нет! Поколения могут меняться с одной скоростью, а мутации могут возникать значительно чаще! Или нет?

— Ну или нет… Или да… Я не знаю! Этого я не спрашивала! — нахмурилась девушка.

— Ну тогда второй факт… — решил я. — Сейчас идёт сто десятый день нашей высадки. И триста какой-то там — со дня высадки вон тех нехороших людей…

Я указал на лагерь работорговцев. И имел удовольствие наблюдать, как раздражение на лице Лены медленно сменяется ужасом.

— Заболели люди, которые долго контактировали с ними. Это достаточно убедительно? — уточнил я.

Лена нервно сглотнула, а затем задумалась.

— Если предположить б о льшую склонность к мутациям… Или наличие механизма ускоренных мутаций… Да блин, Вано! Лучше бы ты мне букет аллергенных цветов принёс, чем вот эти новости-хреновости!.. — где-то через минуту сказала она, наконец-то взяв себя в руки. — В этом случае, чисто теоретически, у южан уже могли развиться новые формы бактерий, которые стали бы опасны для нас, жителей северного полушария. Но это просто догадки! Мы могли и два-три года прожить, не сталкиваясь с этой проблемой!..

— Заболевшие были сильно ослаблены, — пояснил я. — Может, поэтому?

— Может быть… — Лена растерянно посмотрела на меня, а на донышке её глаз колыхался страх, слегка придавленный врачебным апломбом. — Ну и что ты предлагаешь, Вано? Как мне вообще найти пенициллин?

— Ну… На Земле он был в плесени, верно? — подсказал я. — Значит, и тут он может быть в чём-то подобном…

— Плесневый гриб! — поправила меня девушка. — Но здесь он может прятаться в чём угодно! Мы не знаем строения местных микроорганизмов! Предположительно, конечно, всё должно быть схожим… Но это тоже чистая теория… Ты представляешь, сколько исследований понадобится провести?! А вдруг тут совершенно другое строение стенок у микробов?!