– Пусти, дурак! Кровотечение усилится.

Мне все равно. Вот так бы сидеть вечно и обнимать ее.

– Лен, ты как? Сильно больно было?
– осиливаю первые нормальные вопросы.

– Это ты к чему спрашиваешь? Готова ли я продолжить? Нет, не готова. И да, было больно. Очень.

– Маленькая, но как-то все через это проходят.

– Платон, давай тему секса пока отложим. Тебе нужно либо позвонить своему врачу, либо вызвать скорую. Тебя должен посмотреть специалист.

Нехотя, разжимаю руки.

– Ладно.

Она ставит мой телефон на зарядку и отдает мне. Я включаю его, дозваниваюсь до семейного врача, который обещает сразу же приехать, диктую ему адрес.

Мне хочется обсудить с ней то, что между нами случилось. Я по-прежеему ее хочу. Как какой-то маньяк. И у меня должен быть второй шанс. Обязательно.

– Лен, - никак не могу оставить ее в покое, - иди, посиди со мной. Пожалуйста. Лезть не буду. Честно.

Докатился ты, Платон Игоревич. Скоро эта девчонка из тебя цветные веревочки вить будет. Но ничего не могу с собой поделать. Относительный покой ощущаю лишь тогда, когда Лена опускается на диван рядом со мной, а я закидываю ей свою руку на плечи.

– Тебе, наверное, к гинекологу надо?
– задаю вопрос, почти не надеясь, что она мне ответит.

– Завтра схожу. Нам обязательно это обсуждать?

– Да. А вдруг я тебе что-то повредил?

– Ты просто разорвал девственную плеву. Сам же говорил, что все через это проходят.

– Тогда почему тебе было так больно?

– У каждого организма свои особенности. Платон, отстань уже, а? Мне неудобно с тобой об этом разговаривать.

Губы расползаются в улыбке сами собой:

– У тебя есть комплексы? Я даже и представить себе такого не мог.

– Я тоже, - фыркает девушка.

Но нашу пикировку прерывает звонок в дверь.

Еленка

Открыв дверь, на пороге своей квартиры вижу полноватого, седого, невысокого мужчину.

– Вадим Львович, - представляется он и переходит к цели своего визита, - Могу я видеть Платона Игоревича?

– Пойдемте, - предлагаю я и провожаю его в гостиную, где он находит обнаженного по пояс Хромова с повязкой на боку.

Врач убирает повязку, осматривает рану, потом с подозрением глядит на меня:

– Это Вы его так, милая барышня?

Сегодня - день абсурда.

– Что Вы! Я бы его зарезала. И вместо Вас здесь бы была труповозка.

Семейный доктор нервно откашливается и обращается к своему клиенту:

– Платон Игоревич, я бы предпочел, чтобы Вы поехали со мной в клинику. И Вы уверены, что не нужно вызвать полицию?

Платон морщится недовольно:

– Вадим Львович, если бы я хотел устроить шоу, я бы его уже устроил. И Вы не можете меня здесь подлатать? Если ничего серьезного...

Что за человек такой? Он здесь прописался? Или переехал ко мне? А я не в курсе?

– Нет, нет и нет. Не надо у меня никого подлатывать. Забирайте своего пациента и езжайте в больницу.

Лицо Платона принимает обиженное выражение:

– Я тут на диване посплю, Лен.

Какой же он невыносимый!

– Платон, я устала. Пожалуйста, давай ты поедешь с доктором?

– Жестокая ты, - делает он вывод, пока Вадим Львович снова накладывает ему повязку и помогает одеться.

Оставшись одна, иду в спальню. Постельное белье я уже сменила, поэтому ныряю под одеяло. И только сейчас осознаю, что я стала женщиной. И с кем! С Платоном. Сама себе не верю, что пошла на этот шаг.

А виной всему Кирилл.

Понимаю, что не надо было соглашаться на близость с Хромовым только чтобы что-то доказать себе. И секса нормального не получилось. Нет, мне нравилось, как он меня ласкал, но я была не готова к тому что приятные ощущения так резко сменятся неприятными. Поэтому я не захотела терпеть. Я вообще не люблю этого делать. Если меня что-то не устраивает, я стараюсь изменить ситуацию на комфортную.

Телефон неожиданно звонит. Беру его в руки. На дисплее горит имя "Платон". Мне хочется ответить, но не хочется, чтобы мне снова сделали больно. И речь не про физическую боль. Мне не хочется, чтобы калечили мою душу.

Всё же отвечаю на звонок:

– Алло!

– Лен...
– дальше я слушаю тишину.

Может, я его неправильно оцениваю? И он вовсе не такой мудак, каким мне всегда казался?

Я тоже молчу.

– Можно, я тебе утром позвоню?

Я прислушиваюсь к себе, стараясь понять нужно ли мне продолжение.

В конце концов, выдыхаю:

– Да.

Не знаю, что из этого получится. Но пока не попробуешь, не узнаешь.

Затем поспешно добавляю:

– Только не в шесть утра!