Карьера. Деньги. Статус.

Всё это блажь.

Всего этого можно добиться…

А как получить прощение?

В последние дни своей жизни, я часто думал над этим и не находил ответ.

Я ведь делал всё возможное, чтобы ты избегал меня.

Я сам построил между нами стену, сквозь которую тебе, маленькому мальчику шести лет невозможно было пробраться.

Никак.

Я отчего то верил, что поступаю верно. Эгоистично думал, что так будет лучше.

Теперь же, я понимаю, что глубоко заблуждался.

Слишком поздно, ведь так?

Поздно, знаю.

Однако несмотря на то, что я тебе сделал, ты вырос достойным человеком, которым можно гордиться.

Я горжусь тобой, сын.

Если ты читаешь это письмо, значит болезнь забрала меня туда, где я должен был быть давно.

Туда, где есть моя Алиса.

Говорят, если сын похож на свою мать, он будет счастлив.

Я очень надеюсь, что так и будет и ты найдёшь свою любовь. Обретешь счастье и когда-нибудь … сможешь меня простить.

Потому что всё, что я имел, отныне – твоё. Знаю, ты упрямый до мозга костей, но мне бы очень хотелось, чтобы ты принял мой прощальный подарок тебе.

Виктор, я прожил много лет, а так и не научился самому главному...

Умению отпускать и прощать.

Я не смог отпустить твою маму и не смог простить себя за то, что не доглядел за ней.

Это не твоя вина.

Это только моя вина.

Жаль, что потерянного времени уже не вернуть.

Я бы обязательно всё исправил.

Я бы никогда так не поступил с тобой.

Прости меня, сын, если сможешь…

Твой, отец.

Не замечаю, как крепко сжимаю лист в руке и поднимаю голову к небу, шумно выдыхая:

Я ТЕБЯ ПРОЩАЮ…

Эпилог. Аня

Я закрыла кран с горячей водой, и… в этот момент раздался звонок в дверь.

Со вздохом, выхожу из душа и наспех обмотав полотенцем тело, направляюсь в коридор…

Наверняка снова дети играются.

– Слушайте, если вы не прекратите это делать, я пожалуюсь вашим родителям, – ворчу, нажимая ручку вниз и открываю дверь. – Витя?

На секунду я застываю, придерживая полотенце на груди одной рукой, чтобы оно не слетело.

Однако тщетно это всё.

Я смущённо ему улыбаюсь, прикусывая губу:

– Привет.

Вместо ответа его взгляд скользит по моему телу… исследуя ключицы, задерживается на груди.

Горячая истома окутывает меня тут же.

Только Витя умеет смотреть так, что ни слова, ни касания не нужны.

Так, Аня. Спокойно…

– Ой, заходи, не стой у порога, – задерживаю дыхание, опускаю глаза в пол, не в силах с собой справиться.

Разворачиваюсь и направлюсь в свою комнату.

– Я сейчас переоденусь, – бросаю ему через плечо, ускоряя шаг.

– Где Кирилл? – вибрация его глубокого голоса согревает душу.

– Спит, – усмехаюсь, качая головой. – Знаешь, мне кажется на него так влияет здешний климат. В Волгограде он мог ночами не спать. Вообще. Он у меня совёнок. Зато днём вовсю резвился. А здесь такой спокойный. Удивительно…

Я думаю из моих слов, вы уже поняли, что мы перебрались в другой город.

Как так получилось?

В тот день, когда я думала, что ничто не сможет нас спасти, когда я сидела на холодной земле без какой-либо надежды на будущее… вернулся Витя.

Вернулся. Поднял меня с колен и отвёл обратно в дом.

Мы проговорили с ним всю ночь, точнее говорила я, а он слушал.

Долго. Внимательно.

А затем, приказал собирать вещи.

Так мы переехали туда, где началась наша история.