– Уходи, я сказал, – приказываю ей. – Просто уйди…

Надо вызвать ей такси.

И всё закончится.

Так будет лучше.

Это я себя так убеждаю?

Хреново получается.

– Нет, – она упрямо стоит на своём. – Я уже давно не та маленькая девочка, которую ты когда-то знал!

Вздыхаю, намереваясь сказать многое и привести её в чувства, но замираю…

Разглядывая Анюту.

Свет совсем тусклый потому, что идёт со островка на кухне. Нигде больше я не включал. Не было надобности, а тут она…

В полумраке её фигура, хрупкая, дрожащая, укутанная в короткое платье из какого-то странного материала. Он переливается, словно соткан из лучей, которые падают на Анюту со стороны кухни.

Она стояла передо мной, обнимая себя руками и храбрилась, хотя я отчётливо чувствовал испуг.

Не сложно заметить.

Взгляд опустился ниже… на голые ноги, тонкие щиколотки, изящные икры, пальчики с накрашенными ногтями.

Чёрт. И как я смог разглядеть это при таком освещении?

Не знаю… Но разглядел.

Вдох-выдох.

– Я вижу, чёрт возьми, – рычу, ещё сильнее сжимая кулаки. – Но это ничего не меняет!

– Это меняет всё, – заявляет дерзко.

Делает шаг вперёд, и глядя в мои глаза, начинает расстёгивать пуговицы на своём платье.

Мгновение, и оно падает к её ногам.

Моё дыхание тут же сбивается.

Мать твою.

Какая же она…

– Что ты творишь? – нервно сглатываю, прикрывая веки. – Остановись пока не поздно.

Однако следующие слова из уст этой маленькой стервы, разрушают все стены между нами.

Они просто развязывают мне руки.

– Я хочу, чтобы вы стали моим первым, профессор!

Чертовка.

Никогда так не раздражал и одновременно не возбуждал собственный статус в университете.

Может уволиться?

«А разве это поможет?» – одновременно с этими мыслями, шепчет мне внутренний голос.

Что я там говорил про выдержку и абсолютный контроль над эмоциями?

Смогу?

Ложь.

Сумею сдержать себя и не поддаться её чарам?

Стоп. Чарам?

А собственно по-другому и не назовёшь сие приёмы, которые вызывают нестерпимое, безрассудное и греховное… желание.

Взять. Сжать. Не отпускать.

Открываю глаза и несколько раз моргаю, чтобы… чтобы что?

Прийти в себя? Бесполезно.

Потому что не мираж – это всё. Не грёбаная иллюзия.

Картинка не поменяется.

О чём это я?

Да о том, что под платьем Анюты ничего не было. Абсолютно.

Мне понадобились считанные минуты, чтобы разглядеть её тело полностью, отмечая крохотные детали.

Грудь небольшая, острые… красивые соски.... округлые бёдра…

Чёрт.

Я даже не понял, как сократил расстояние между нами. Как оказался рядом. Слишком близко.

Закон всемирного тяготения воочию.

Она.

Её дыхание. Рваное. Прерывистое.

Неистово бьющаяся жилка на шее…

И ладонь, которую она выставила перед собой.

Узкая. С короткими ногтями. Пальцы дрожат… И губы красивые, чётко очерченные тоже подрагивают. И кажется что-то шепчут, но я не слышу.

Смотрю ей прямо в глаза. А в них ужас. Смятение. Желание. Интерес. Вызов.

Слишком много всего, чтобы понять.

Расширенные зрачки… Прядка светлых волос, прилепившаяся на лоб…

Отмечаю все детали.

Чёрт.

Да пропади всё пропадом!

Беру её за выставленную в нелепой защите ладонь, и притягиваю к себе.

Чувствую в своих руках напряженное хрупкое тело. Её запах… Медовый запах, словно нервно-паралитический газ, сразу же ударяет в дрогнувшие ноздри, вызывая в голове помутнение.

– Вить, я… просто хочу, чтобы ты знал… Я всегда тебя ждала… Только тебя… Всегда.

Она снова что-то шептала, я не вслушивался. Затем перевела взгляд на мои пальцы, которые сжимали её ладонь и раскрыла рот.

Я так и не понял в какой момент произошло полное отключение в мозгах.

Когда я перестал себя контролировать.

Наверное, просто сошёл с ума.

Потому, что, сжав сильнее её ладонь в своих руках, я поцеловал Анюту.

Не сдержался.

Снова. Как в первый раз.

Поцелуй отключил последние ориентиры. Заволок голову, и без того летящую туманом.