– Вот с этого и стоило начинать! — резко приободрился Рэвен. — Надеюсь, прокляла так, что мы их без проблем поймаем, а не в духе «чтоб на тебя без слез взглянуть нельзя было»?

– Ну, если бы где-то на Тангарре обнаружился человек, при виде которого каждый встречный заливался слезами, это здорово облегчило бы поиски, — серьезно заметил Оберон. — Нет, на самом деле Вега просто пожелала им неприятностей эквивалентно тому, насколько глубоко они впутаны в аферу. Учитывая, что мы уже напали на след, а Дэн под впечатлением от пропажи Мелкой накатал такую пламенную речь о необходимости межпланетного контакта на экстренный случай, что даже дядя Дориан одобрил без единой правки, этого должно быть достаточно.

– Хорошо бы, чтобы проклятие хоть как-то помогло определить, где прячут Эмори, — скептически хмыкнул Рэвен и потряс Раинера за плечо. — Просыпайся, нам пора обратно в Нальму.

– Ну так езжайте, — сонно пробурчал храмовник, кутаясь в занавеску.

Братья Гейбы дружно уставились сначала на него, а потом — на меня, будто я имела полное право говорить от его имени, пока десятник не соизволит проснуться и озвучить причины своего решения лично.

Проблема была в том, что я понятия не имела, что сказать по этому поводу, кроме разве что вполне логичного:

– Не думаю, что мне стоит мелькать в столице во время твоей помолвки. Леди Шейли может не оценить.

Рэвен на мгновение упрямо сжал губы, выдавая, что примерно на это он и рассчитывал. Но зацикливаться на очередной провалившейся попытке сорвать собственную помолвку не стал, спросив только:

– Ты уверена, что здесь безопасно находиться после вчерашнего?

Хотела бы я знать, где сейчас безопасно. В столице — обиженная отъездом жениха иринейская графиня, пара-тройка языкастых дежурных из МагПро и братья Рэвена, прекрасно осведомленные, кто побывал в его спальне за три дня до помолвки. Здесь — избитый Раинером Маркель Огастин и охота на ведьм, объявленная его советником лично.

Попросить, что ли, политического убежища где-нибудь на Тейнаре?

– Вы ведь вернетесь за леди Эмори после заключения помолвки? — неуверенно уточнила я. — Или положены долгие гуляния в честь невесты?

– Положены, конечно, — пожал плечами Оберон. — Но кто станет их устраивать, когда в семье такое творится? Леди Шейли должна отнестись с пониманием.

Я скептически хмыкнула. Отнестись с пониманием — да, возможно. Но простить и принять, что твой жених вместо нормального знакомства и ухаживаний вдруг срывается в глушь, по щиколотку в болото и в заброшенную хижину, где на мансарде который день разлагается упокоенный зомби… да, за сестрой. Да, он не мог поступить иначе.

Но факт остается фактом. Сразу после помолвки лорд Рэвен ри Гейб намеревался удрать, чтобы спасти другую женщину, а его будущая супруга вдруг окажется обязана отнестись к ситуации с пониманием. Чтобы это не оставило у нее осадочек, нужно будет очень и очень постараться.

Свои невеселые размышления о начале семейной жизни я предпочла оставить при себе. Рэвен наверняка и сам понимал, что делает, и лишать его шанса хотя бы развестись потом по обоюдному желанию я уж точно не собиралась.

Раинер помалкивал, пока мы договаривались, когда братья Гейб вернутся на Тангарру, чтобы забрать меня, и еще добрых минут пять после того, как они ушли. Потом все-таки выбрался из-под занавески и сел, ссутулившись и глядя мимо меня.

– Тебе следовало уйти вместе с ними.

Я кивнула и усмехнулась. Следовало, конечно. Но я не ушла, а он сказал об этом только тогда, когда уже не было риска, что я передумаю и удеру с виконтом под ручку.

– В одиночку ты с епископом Арманом не справишься, — безжалостно напомнила я ему вместо долгих споров.

Раинер заметно вздрогнул — и наконец-то поднял взгляд.

– Как догадалась?

– Ты сказал, что защитный контур могут пересечь только те, чье имя вплетено в литанию, — я пожала плечами. — Епископ Арман молился в южной башне неделю назад. Ясмайн пропала, скорее всего, позавчера, иначе Юнити написала бы мне об этом, когда передавала одежду в штаб-квартиру МагПро. Ясмайн похитили, усыпили — и пронесли в круг. А значит, епископ должен был спеть ее имя. Он знал, что граф и его советник похищают магов, и принимал деятельное участие. И если Тегиль Айвенна будет целью номер один для ирейского Ордена Королевы, который объявится здесь со дня на день, а Его Сиятельство скоро и сам умрет от болезни, то епископа остановить некому. Любое покушение на него со стороны ирейцев поднимет такую волну народного протеста, что проще будет закрыть глаза на его художества и убрать его позже, по-тихому и, по возможности, чужими руками. К тому моменту, скорее всего, слушок о предательстве храмовника с высоким положением в Ордене уже расползется по всему городу, если не по всей Тангарре. Это здорово пошатнет авторитет храма, который и без того держится в основном на моем молчании о происхождении нахцереров. Ты бы никогда не позволил уронить честь Ордена. Хотя бы в память о прежнем настоятеле, который спас тебя от герцогского гнева.

Я ждала отрицания, хохота, поправок или (нет, ну а вдруг?) хоть аплодисментов своей догадливости, но никак не того, что храмовник блекло усмехнется, прикроет глаза и негромко, хрипловато протянет:

– Ведьма… — будто вплетал в литанию защитного круга.

Впервые за последние два года это слово прозвучало почти как комплимент — но я все равно поежилась от неуютного холодка в низу живота.

Раинер мог сколь угодно легко приспосабливаться к новым городам и условиям, но в его картине мира женщины всегда были тенями за мужской спиной. А в моей картине мира чертовски странно смотрелись мужчины, которые сломя голову удирают от прекрасных маркиз, чтобы принести обет безбрачия.