— Мы здесь Драгхара ждать будем? — сурово нахмурив брови, злобно шипит королева. — У нас будет только одна попытка. Больше я тебе ничем помочь не смогу. Но учти, долг я с тебя потребую в любом случае.

Зелёные глаза сверкают похлеще голой стали в её руках.

Да мать-перемать! Какая мама позволит своего ребёнка колоть кинжалом?! Почему мне всегда предлагают какой-то бред? Нет ведь выбора. Совсем. Вообще! Уже бы хоть не выдавали это под вопросительной интонацией и не интересовались моим мнением, боже!

— Не трогайте дочь. — всё же совладав с собой, выдыхаю я. — Используйте мою кровь.

Зажмуриваюсь и вся обращаюсь вслух. Страшно до одури. Лизка в условно безопасном коконе. Эта мегера не должна до неё достать, но… А если она надумает кольнуть своим оружием не руку и не палец?

В ужасе распахиваю глаза и встречаюсь с недовольным взглядом Даинаи.

— Будь по-твоему. — упрямо поджав губы, женщина оставляет на ладони жгучую, глубокую борозду и с силой сжимает мою руку в кулак.

Для неё подобное явно не впервые. Она безошибочно находит углубления в чудаковатом портале на ножках, куда направляет мой кулачок. Красные капли ложатся в две неглубокие выемки и тут же застывают.

Когда королева отпускает мою руку, я почти её не чувствую. До того она сильно её сжимала, что по самый локоть конечность онемела.

— Я остановила кровь. Вытрись.

Вижу краем глаза как из вороха юбок на этот раз появляется белый платок. Даиная оставляет его в моей руке только после того, как вытирает им свой кинжал.

??????????????????????????

Ох уж эти последовательности и ценности Её Высочества. Наверное, это всё же к лучшему. Выгоднее сразу понимать, как к тебе человек относится и что от него ждать, чем слушать лживые любезности.

— И? — нетерпеливо вопрошаю я, едва шевеля пальцами, чтоб как-то обтереться платком. Как ни стараюсь, ничего не получается. Мне бы вторую руку или помощь…

— Ждём, куда кровь приведёт.

Перевожу взгляд на портал и несколько теряюсь.

Королева говорила буквально. Кровь двигается кровавой паутиной тёмных линий, огибая символы, кляксы, шипы и точки. Она ползёт к цели, известной непонятно кому, словно живая.

— Будем надеяться, это и есть Земля. — взволнованно проговаривает Даиная, отчего я приоткрываю в удивлении рот.

Впервые слышу что-то выразительное в её голосе, что не насмешка, злость и ехидство.

Неужели наши дела могут оказаться настолько плохи, что даже эта женщина разволновалась?

Под мой настороженный взгляд она невозмутимо поднимает горшок с пола и устремляет любопытствующий взгляд вперёд. Невольно я поворачиваю голову в ту же сторону и обомлеваю.

Помещения больше нет. Точнее, нет его части, расположенной за порталом. Пространство за столом пугает мрачным пейзажем каких-то коряг и зарослей.

Я поднимаю глаза к небу и вижу потолок, резко переходящий в ночную гладь с россыпью мелких звёзд.

— Нас сколько не было? Когда всё успело так зарасти? — в шоке бормочу я, нерешительно перебирая ногами в обход портала.

Темень жуткая. Хоть глаз выколи. Видимость стремится к нулю, а я — разглядеть домишко своих родителей.

— Я не знаю ничего о течении времени между мирами. — слышу всё ещё взволнованный голос Её Высочества и тут же вспоминаю, скольких трудов мне стоило привести придомовую территорию и огород в порядок в прошлый раз.

— Погодите… — делаю ещё несколько шагов и освещение за моей спиной исчезает совсем.

Взвизгнув и заключив дочь в стальные тиски объятий, я испуганно оборачиваюсь. Тону в темноте. Растворяюсь в животном страхе перед неизвестностью. Исчезаю в хороводе панических мыслей...

Нет портала! Нет моего дома! Нет королевы!

Северо-восток Эйра. Бывший Нижний Эйр.

Несколько часов спустя

Во дворце Эйра никто не встречал высокородного гостя, прибывшего в вечерних сумерках. Одинокий, сидящий на подставке для ног у своего трона, король устало взирал на запертые двери тронного зала.

— Не стоит падать ниц и рукоплескать, — вывалившийся из приоткрытой двери Драгхар ехидно усмехнулся. — Как дела, брат?

— Сводный брат. — поправил король, не меняя своего положения. Лишь усталые карие глаза мазнули по незваному гостю, зорко подметив его нервозность. — Опять что-то натворил?