– На речку.

– А там что, целоваться будем?

– Вообще я хотел камень для наковальни посмотреть.

– Жаль.

– Что жаль, что камень найду?

– Что приходится нецелованной ходить, - хитро улыбнулась Альза.

– Тебе ночей мало?

– В гостинице это не то, там сложно насладится близостью потому, что за каждой стеной или храпят или стонут и пыхтят. Да и сколько мне перепадало?

– Альза, неужели тебя вниманием обходят?

– Просто я малыша от тебя хочу.

Такое откровение заставило Платона обалдеть.

– У вас же прививки на год блокируют детородные возможности?

– Значит ты в принципе не против?

– А ты меня точно любишь?

– А как ты думаешь, может ли женщина хотеть ребёнка он нелюбимого мужчины?

– Но ведь тебе до женщины ещё расти и расти, да и, мало ли, на Центару придётся возвращаться.

– Думаю, что это нестрашно, ведь нам нужно соответствовать местным реалиям, а местные девчонки уже в шестнадцать замуж выходят. Так что, все наши подруги без детей очень подозрительно выглядят. Да и остаться тут, я думаю, что можно.

– Как?

– Как агенты, или в потери спишут. Ладно, вижу, что ты не готов к такому разговору, да и ещё полгода блокировка будет работать.

– Вот через полгода и вернёмся к этому вопросу. Обижать тебя чем-то мне не хочется, а вопрос этот очень неожиданный.

– Дарью опасаешься?

– Не знаю, но как-то это всё как снег на голову.

Пустынный берег позволил молодой паре всецело отдаться друг другу, а потом Платон долго высматривал нужный по массе и форме булыжник, но ничего подходящего пока не попалось.

********

– Вот отсюда можете отсчитывать двести шагов на юг и восемь сотен шагов на запад. Потом приеду, проверю. Намеряете больше - оштрафую,- проговорил чиновник.

– Извините, но владение землёй мы оплатили, и если вы настолько заняты, чтоб до конца сделать порученную вам его сиятельством работу, то может вы пришлёте человека, который эту работу сделает?- дипломатично проговорил Платон.
– Хотя, сможем поступить иначе. Вы сделаете пару шагов вдоль древка копья, мы сделаем на на нём засечку, и тогда и у вас не будет проблем, и мы ничего не напутаем,- тут же он предложил альтернативный вариант.

– Давайте ваше копьё, - с ноткой недовольства проговорил чиновник. Слишком умные попались ему мастеровые, а на приданое дочери денег надо. Сделав два небольших шага, он недовольно посмотрел на мастеров, которые не кинулись ставить отметки.

– Уважаемый, у вас как с здоровьем?

– С чем связан вопрос?

– Такими шагами ходят больные старики, может, нам написать прошение графу и копию его отправить маркизу, тогда вас отправят на заслуженный отдых по состоянию здоровья?

Еле сдержав свой гнев только по причине того, что он не был готов к такой ситуации, чиновник сделал пару больших шагов, и Платон тут же поставил зарубку на копье.

– Пожалуй, я погорячился на счёт писем графу и маркизу, вы вполне ещё в силе и служите на своём месте.

– Идите к юдлу со своими шутками, - проговорил чиновник, залез на коня и уехал в сторону города.

– Вот пройдоха, - проговорила Дарья.- Я уже хотела взять его за шкирку и пару раз о пенёк приголубить.

– Пусть живёт. Мы показали, что знаем, как испортить пищеварение, а он дядечка умный и поймёт, что к нам на хутор ездить-только время терять, - ответил Платон.

– Только, как бы подозрений у него не закралось о слишком умных селянах, у которых в жёнах крепкие бабы, а малые дети за юбку не цепляются, - проговорила Альза, заставив этой фразой посмотреть на себя всех.

********

Устроив лагерь в дальнем конце участка, все взялись за дело. Мужчины пошли в лес за деревьями, а девчата, достав пару согнутых как мотыги копий, принялись ими рыхлить землю под грядки, собирать хворост и готовить ветки на шалаши. Каждый знал, чем заниматься и что делать. Сложность была только в том, что нужно было копать колодец, поскольку воды на стирку, готовку и полив огорода надо много, а до реки тут далеко, да и ручья поблизости тоже нет.

Альзе перепало насобирать хвороста и сготовить обед, Дарья поднимала целину, а парни заодно насекали деревья под сбор смолы, которой на стройку нужно просто огромное количество.

**

Из леса раздавались удары топора, это мужики освобождали от ветвей поваленные деревья. Старые не брали, только свежачок, но и его было вполне прилично.

– Такие брёвна только двумя конями таскать,- высказался Артём.

– Значит, нужно упряжь переделывать и ещё хомут покупать, - проговорил Рик.

– Зачем?
– проговорил Платон.- Сейчас утащим то, что нам по силам, а там либо клиньями пополам колоть и брусья тесать, либо яму копать и потом на уголь пережигать.

– Крупновато для угля,- заметил Артём.