Шрифт:
Футболка валяется мятым комом на барной стойке. Рядом со стаканом и начатой бутылкой спиртного, пары от которого видимо попали мне в голову.
Хватаю ее, и быстро натягиваю на себя, чтобы хоть как-то прикрыться.
Демид подходит сзади, и меня тут же начинает затапливать краской стыда. А он обнимает.
— Отпусти, — произношу порывисто и пытаюсь вырваться. Хочу отодрать его руки от своей талии.
— Демид, отпусти. Я… мы… не знаю, что на нас нашло. Но это не должно было…
Он ведет губами по моей шее, слегка покалывая щетиной и я перестаю вырываться. Замираю, едва дыша.
Он прижимается плотнее, и я чувствую, что он опять хочет меня.
И от осознания этого по моему телу снова разливаются волны слабости и желания.
Да что ж это за ночь.
— Демид, прекрати, — прошу снова, но мой голос звучит уже далеко не так уверенно, как за секунду до этого.
— Я боялся, что ты пойдешь в отказ, — говорит он и продолжает свои поцелуи.
Я непроизвольно откидываю голову назад, чтобы ему стало удобнее.
— Мне надо в душ, — цепляюсь за последнюю возможность отстраниться.
Но и это не срабатывает.
Его руки нагло лезут под футболку, задирают ее вверх и накрывают мою грудь.
Я дергаюсь снова, но он только крепче вдавливает мою спину в себя.
— Демид, — ахаю я, когда он сжимает соски пальцами, а потом начинает провокационно поглаживать полушария. И одновременно с этим прижимается ко мне внизу.
Я с ужасом понимаю, что снова хочу его член в себе. Это какое-то безумие.
— Пусти меня, — повышаю я голос.
И снова начинаю яростно вырываться.
— Я не согласна, нет.
— А мне безумно мало. Я слишком долго тебя хотел. Может снять с тебя блоки? Тогда ты не только согласишься на обычный секс, но и с большим удовольствием встанешь передо мной на колени и сделаешь мне минет. Столько раз, сколько я захочу.
От этих слов я вспыхиваю, точно факел.
Стоит лишь представить, как я стою перед ним на коленях и сосу его член, как какая-то последняя…
Но почему-то дальше этого мысль не идет, а снова возвращается в начало. Как я устраиваюсь у него между ног и беру в рот…
О боже! Что происходит? Почему от этой идеи я вся намокаю между ног? Почему меня заводят все его грубости? Что со мной не так?
— Ты… ты… ненавижу! Ты обещал, что не тронешь, если не захочу… Ты…
Он отпускает, и я пролетаю вперед, впечатываясь руками в барную стойку. Тут же разворачиваюсь к нему, стараясь не смотреть на него ниже талии.
— Если не захочешь, — говорит Демид, — но ты хочешь. Что бы ты ни говорила, запах тебя выдает.
— Ах да, ты же на какую-то часть оборотень.
— Несколько минут назад тебя это не смущало.
Я чувствую, что снова краснею.
— Что тебя так возбудило? Мысли о том, как ты будешь делать мне…
— Пожалуйста, не нужно снова об этом, — восклицаю я и даже выставляю вперед ладони.
Но он только усмехается.
— Да ладно, что в этом такого.
— Тебе может и ничего, а вот мне… Я ведь ни секунды не люблю тебя, и…
Но тут Демид в один шаг преодолевает расстояние между нами, и снова разворачивает спиной к себе.
— Ульяна, сейчас я снова трахну тебя, хочешь ты того или нет, — рычит он мне в ухо, и нагибает меня над стойкой. Давит рукой на спину, не давая разогнуться, а сам резко входит, пользуясь тем, что я вся влажная. Его член проникает в меня без усилий и начинает яростно вдалбливаться. Глубже, глубже и глубже.
Мои ноги снова подкашиваются.
Тогда Демид выходит из меня, обнимает за талию и переносит к дивану. Укладывает на него, подсунув под низ живота подушку, и снова входит.
Несколько раз он берет меня в таком положении, а потом ложится на меня сверху, слегка придавливая своим телом, убирает волосы с шеи и впивается губами в кожу.
— Хочу трахать тебя долго, всю ночь, — шепчет мне на ухо, а я не нахожу слов и могу лишь слегка постанывать в унисон с тем ритмом, который он задает для нас.
Глава 17
В жарких, сильных и страстных объятиях Демида я совершенно и полностью теряюсь не только во времени, но и в пространстве.
Осознаю только, что я безоговорочно и полностью нахожусь сейчас в его власти. Позволяю делать со мной то, что он хочет. То, что озвучил.