— Я тебе не подхожу… — медленно, попятившись назад, промямлила я, мотая головой.

Но не для того, чтобы выразить ему протест. Совсем нет. Просто… я ему подхожу. Всегда подходила и чувствовала это в глубине души. В самый первый раз, когда увидела его спустя девять лет, меня тянуло к нему так, словно на меня закинули невидимое лассо и притянули к нему. Я лгала себе, чтобы сдержать обещание, данное его матери. Но изнутри, ежесекундно, погибала.

— У тебя есть Вероника, — проглотив выступившие слезы, пробормотала тихо.

У них с Вероникой нет будущего, а эпизод в гостиной расставил все по местам. Она помогла мне в тот день, когда я искала одежду, чтобы скрыть засосы. Она сглаживала углы во время разворачивающегося скандала на ужине. И сегодня, она покинула квартиру парня, когда увидела нас вместе. Теперь мне все понятно.

— Вероника все знает, — Руслан мягко опустил свои ладони мне на плечи и вынудил посмотреть ему в глаза.

В те, в которых можно было не просто забыться, а с улыбкой пойти ко дну.

— Она не хочет за меня замуж, — объяснил он, но мне больше не требовались его объяснения.

Парень мягко обхватил мое лицо ладонью, а затем, погладил по щеке. Такой невинный жест вызвал очередную, разрастающуюся внутри меня, волну дрожи.

— Я хочу жениться на тебе, — уверенно сказал он и у меня подкосились колени. — Выходи за меня.

Он уже говорил эту фразу в торговом центре, но, тогда, это прозвучало фальшиво. Сейчас, я ему верила. Шмыгнув носом, приоткрыла рот, чтобы ответить хоть что-нибудь. Но слова застряли где-то глубоко в горле без возможности вырваться наружу.

— Но… — хрипло вытянула я. — Как же твои родители…

Вздохнув и прикрыв глаза, парень прижался к моему лбу, как уже делал много раз раньше.

— Я привык жить без них, — с болью в голосе, неожиданно проговорил он чуть тише. — Мне… никогда не было места в этой семье.

Он повторил мои слова и от шока я разинула рот, вздрагивая. Эти слова шарахнули молнией по сознанию в одно мгновение. Я ведь много раз, словно мантру, проговаривала про себя эту фразу с удушающей болью в сердце.

— Без них я смогу прожить, — отчаянно проговорил он, ласково вкладывая мою руку в свою. Пытаясь заверить в правдивости своих слов.

Он погладил мою ладонь и улыбнулся, потому что на моем пальце давным-давно не было никакого кольца.

— Но без тебя нет, — завершил он, глядя мне в глаза.

Несколько секунд, скитаясь пристальным взглядом по растерянному лицу парня, я пыталась переваривать услышанное. И, кажется, наконец-то, мои мысли встали по нужным полочкам.

В нашем мире существуем только мы вдвоем.

И другим в нем нет места.

Улыбнувшись, я обвила свои ладони вокруг его шеи и притянув к себе, уткнулась ему в грудь, за которой гулко билось сердце.

— Я тебя тоже очень люблю, — ласково прошептала, выдыхая от переполнивших каждую клеточку души, чувств. — И я согласна, — кивнув, я поцеловала растерянного парня в щеку.

Олеся

— То есть, — он прищурился. — Ты согласна?!

— Да, — издав смешок, я кивнула. — Я же сказала, что согласна.

— Ты выйдешь за меня, — сбивчивым тоном констатировал парень. И хоть несколько дней назад он был груб, когда говорил об этом, сейчас, Руслан был растерян.

Сильные руки обвили меня вокруг талии, приподняли от пола и резко закружили. Я рефлекторно зажмурилась, но, подобно Руслану, сдержать радости не сумела. Его счастливый смех был заразителен. Почему-то стало так спокойно: нечто теплое разливалось внутри меня, переполняя абсолютным счастьем.

Руслан подхватил меня на руки и осторожно опустил на кровать, нависая сверху. Влечение к нему набирало обороты: нежность и любовь отошли на второй план, передавая бразды правления возбуждению. Именно в эту секунду я вспомнила о том, что под моим платьем скрывалось то самое белье, что подарил мне это бессовестный развратник, глаза с хитрым прищуром которого сверкали огнем.

— Ты такая красивая, — хрипло прошептал он, а у меня, от смущения, загорелись щеки.

Руслан наклонился, протянул ладонь к моим распущенным волосам, скрывающим грудь и плечи и отбросил их на постель. Мне так нравилось, когда он называл меня красивой. В его глазах всегда сияло обожание по отношению ко мне.