— Победу? — хмыкаю я. — Ты положил почти всех своих людей. Твой дом пропитался их кровью.

— Ну и твоих, я полагаю, забрали немало. Я слышал, Адиля ранили и моему сюрпризу был очень рад один из твоих недавно прибывших друзей. Ты думаешь, я не знал, что мне тебя не победить в открытом бою? Твои люди всегда отличались подготовкой и лучшим вооружением, что неудивительно. Но ты упустил один момент. Я не первый раз выживаю в подобной войне. На твоей стороне сила, на моей — осведомленность и чуть-чуть хитрости. О! И конечно же подлость, которая так тебе претит, — он делает большой глоток алкоголя. Видишь ли, мой кровный враг, я знаю о твоей главной слабости. И сейчас тебе придется делать неприятный выбор: убить меня или спасти Ясну. Учти «или» играет в этом предложении важную роль.

— Ты бредишь! — делаю шаг вперед, сжимая в руке рукоятку ножа, едва сдерживаясь, чтобы не запустить его в башку Алиева.

— У тебя нет времени проверять, Камиль. А чтобы тебе было еще интереснее, я дам подсказку. Найдешь Ясну, найдешь своих братьев.

— «Лена?!» — знаю, она все это слышит.

— «Ясна не села на самолет. Уже смотрю по камерам» — глухо отвечает наш хакер.

— Что же ты выберешь, великий Камиль Садер? — упивается моей реакцией Алиев. — Моя смерть или твоя семья? Человек, имеющий привязанности, заранее проигрывает. Ты забыл это простое правило?

Камиль

Алиев еще не понял, что я положил здесь своих людей не для того, чтобы просто уйти. Мне нужно еще несколько секунд. Необходимо убедиться, что у моей команды все под контролем. Мои эмоции дали Сабиру почувствовать вкус победы и расслабиться. Он упивается своим преимуществом с превосходством глядя на меня.

— Вся моя семья здесь, Сабир. Люди, предавшие меня, по умолчанию из нее исключаются, — подкидываю нож так, что он делает один кувырок в воздухе и ложится в мою ладонь.

«Я забрал своего парня и ушел по маршруту Ясны» — сообщает Макс.

«Держу клиента. Готов стрелять» — отчитывается Лука.

— Сам, — произношу вслух, перекладывая нож в другую руку.

«Принял. Страхую».

Улыбаюсь. Алиев передергивает плечами, глядя на мой оскал. До него начинает доходить, что я сделал выбор. В это же мгновение кидаю нож. Он стремительно пролетает через комнату и входит лезвием аккурат в правый глаз главного наркоторговца. С меткостью у меня проблем никогда не было.

Приоткрыв рот, мой главный враг тяжелым мешком падает на пол. Подхожу, с холодной яростью наступаю на рукоять холодного оружия, вдавливая его в тело Алиева. Лезвие с омерзительным звуком погружается глубже.

Пнув носком ботинка мертвое тело, разворачиваюсь, смотрю на взволнованного Оскара.

— С ней все будет нормально, — подхожу и хлопаю парня по плечу.

Мне самому надо было это услышать, пусть и от себя. «Или» от Сабира может быть каким угодно. Это начинает жрать меня изнутри. Там, где Ясна сумела залатать дыру, сейчас все стремительно выгорает. Я давно не испытывал такого сильного страха и такой боли, будто из моей груди вырвали кусок мяса. Так теряют душу? Я не знал… В прошлый раз она умирала постепенно. Я почти ничего не заметил. Сейчас все иначе.

Перешагиваю через трупы своих и чужих бойцов, держа в голове лишь одно желание — перевернуть весь город. Сжечь его дотла, если это поможет найти моего котенка. Я готов зубами рвать глотки тем, кто ее обидит.

Прохожу мимо своей команды. Рядом все также Оскар, Адиль догоняет. Присоединяется Лука. Возле тачки курит помятый Шамиль, оттирая кровь со своих пальцев.

— Ты как? — спрашиваю у друга.

— Повезло. Пара ожогов и оглушило малость. Ранение несерьезное. Я с вами.

— Нет. Мне там Макса хватит. Я уехал. Все благодарности будут потом.

Забираю свою машину и со свистом срываю ее с места. Сдернув гарнитуру, одной рукой держу руль, второй пытаюсь найти телефон. Нужна связь с кошаком.

Нахожу, примагничиваю трубу на панель и набираю его номер голосом. Долго не берет. Ставлю на автодозвон. Слушаю гудки. Мне нужно направление, куда ехать. То, что успела отследить Лена, уверен, уже не актуально.

Кружу по центру, чувствуя, как пожар в моей груди набирает силу.

— Я не знаю, где они, — наконец отвечает Макс. — Пока не знаю. Машину бросили на видном месте. Сейчас скину геолокацию.

Знакомая схема.

Блядь, малые! Что ж вы творите?!

Добираюсь до места за считанные минуты. Город только просыпается, не мешая движению. Он даже не подозревает о кровавой расправе, случившейся ночью. Не пришли бы мы к Сабиру, все сложилось бы совсем по-другому.

Из машины выскакиваю едва ли не на ходу. Воскресенский стоит у пыльной, брошенной тачки, держит в руках кусок кружевной ткани. В моей голове что-то лопается и глаза застилает красная пелена чистой ярости. Выдергиваю кружево из пальцев Макса. Как дикий зверь, потерявший свою единственную самку, вдыхаю запах Ясны с обрывка ее платья.