Терн посерьезнел и сказал:

— Клянусь своим даром — Тенедар знает о Лучике.

— Тогда почему вы её не попытались вернуть?! — Алекс потрясенно смотрел на Хранителя детей, тут же теряя всю свою злость.

— Все. Очень. Сложно. — теперь пришла очередь Терна цедить каждое слово.

— Чем?! Тем, что Тенедар страдает по возлюбленной, а она скована заклинанием?!

Терн качнул головой:

— Все сложно потому, что сами мы воспитать Лучик не сможем, а доверить её некому.

— Мне! — твердо сказал Алекс, изумляя Грега, да и Терна тоже. Тот долго вглядывался в Алекса, чтобы потом с горечью сказать:

— Нет. Тебе — нет. Пока в тебе живет нестабильный адский пес — однозначно, нет.

— Я… — Алекс было вскинулся, но тут же потух и сгорбился, — возможно, ты и прав. Но так все равно нельзя. И Тенедару плохо, и Солнечный Луч тоже несчастлива. И, помни… Я тут. Рядом. В любой момент, как только решите вернуть Луч к жизни.

Терн поклонился:

— Благодарю. Но вновь вынужден отказать. Хотя бы потому, что тогда Терри окажется без защиты.

Алекс рассмеялся и потянулся за опрокинутым стулом:

— Ты её видел? Еще утром была растерянная девочка, а сейчас уже девушка, которая за свою семью, за своего отца даже мне горло перегрызет. Или хотя бы постарается. Ей нужно лишь время, чтобы научиться отсекать Бездну. Все же вариант с невиновностью её отца совсем скидывать с весов нельзя — мы с Грегом считали, что мало доказательств участия её отца в убийствах потому, что Питер Уильямс-младший изворотлив, как угорь… Но может оказаться, что Пегги Райли была единственным срывом за его жизнь.

Терри молчала, пытаясь понять хоть что-то. Но, как она ничего не объясняла про поход в Антарктиду, так и ей ничего не стали объяснять про таинственную Лу. Хотя с Антарктидой все было просто — когда-то Терн поклялся, уходя из недоброго родительского дома, что пройдет весь мир босиком. В те времена не знали, что есть Австралия и Антарктида. Австралию он все же прошел, остался самый южный континент.

Перед уходом Алекс рассказал о своих успехах за весь день — Эвансы, в отличие от Уильямсов, не шедших на контакт, помогли с расследованием. Уилл Эванс признался, что Хелли тоже прошла инициацию, устроенную Уильямсами в день её двадцатишестилетия. Хелли тогда повезло больше, чем Терри, — у неё дара не оказалось. Больше о магии Эвансы ничего не знали.

— Эванс выглядел расстроенным — никому не понравится признаваться в том, что не защитит свою жену, но я бы не особо доверял их словам… — признался Алекс, пока Грег молча наводил порядок на кухонном столе. — Что-то в Уилле есть не то, что-то неправильное.

Терри предпочла промолчать. Спорить с Алексом ей казалось бессмысленным, уж коль более покладистый Грег ей не верит… Она лишь поинтересовалась поисками картин, не особо надеясь, что ей хоть что-то расскажут. Сама знала, что это может оказаться тайной расследования, или как там в полиции говорят. Удивительным было то, что Алекс все же ответил, правда, не особо много он и сказал.

Алекс сложил руки на груди, отчего рубашка чуть ли не трещала по швам:

— Все ниточки странно обрублены, Терри. Камеры на дорогах, где ехали грузовики с картинами, не работали. Это мили дорог! Все кварталы вокруг вашей галереи ослепли в ту ночь. Чтобы взломать городскую систему безопасности, выключая все камеры, надо хорошо постараться. Действовал хакер экстракласса. Кто-то…

Терри оценила тактичность Алекса — он сказал: «кто-то», он не сказал: «Уильямсы», и это чуть обнадеживало.

— …Всё глухо… Кто-то очень постарался замести все следы. Очень постарался. Из-за позднего вечера свидетелей ограбления почти не было. Если мы и найдем что-то, то только чудом. Но, обещаю, Терри, я это чудо точно устрою! Просто из вредности и своей пакости. — он сказал это так мрачно, что Терри в испуге передернула плечами — Алекс умел пугать.

Грег тактично кашлянул, и Алекс тут же поправился:

— Прости, Терри. Не пугайся. Все будет в рамках закона, ну, почти… Самое противное, что точно так же дела обстоят с твоим отцом. — он вновь повторился: — Все глухо. Были свидетели аварии, но никто не видел, куда он исчез потом… Это просто феноменально — толпа зевак, и Уильямс легко исчезает, словно его и не было. Осталась только брошенная машина.

— Маг-ренегат? — предположил Грег, и Алекс согласно кивнул:

— Очень может быть. Так что… Крепись, Терри, и чуть-чуть потерпи. Мы вместе разгрызем этот орешек… Или он сломает нас. — закончил он весьма пессимистично.

Лично для Терри оставалась непонятной ложь Ба о смерти отца? Терри надеялась, что Ба саму ввели в заблуждение, но кто и зачем? Алекс на вопросы Терри лишь пожимал плечами: эта ложь была нужна, чтобы раскачать Терри, довести её до истерики и сломать в недобровольной инициации.