Экс-Император не разочаровал:

— Для подарков многовато. Вы определились со своими потребностями?

— Это не мы! — ничуть не покривив душой, признался я. А потом соврал. В смысле, назвал не то имя, которое следовало: — Мы ваш мир еще толком и не видели. Зато его прекрасно знает Авьен — именно она, получив некоторые представления о нашей жизни и быте, сочла необходимым сделать их чуть комфортнее за счет… чего-то. Потом составила список и убедила научников в необходимости каждого пункта, те передали этот список деду, а я получил боевую задачу. Так что изнываю от любопытства…

…Допрос первого врача не продлился и пяти минут — приложив его словесным поносом, Степановна задала несколько вопросов, корректируя ход «беседы» согласно тому, что чувствовала в эмофоне «коллеги», доказала экс-Императору и Раймсу Та Кальму, что перед ними — толковый, знающий, но завидущий урод, и приложила «урода» плетением, которое должно было в течение суток наградить его неизлечимым энурезом. Второго, оказавшегося самовлюбленным, напыщенным, упертым, дурным и зашоренным недоучкой, «наградила» парезом лицевого нерва и сильнейшим заиканием. Одного СБ-шника, оказавшегося недалеким, исполнительным и фанатически преданным императорскому роду воякой, по сути, просто отпустила. Правда, после того, как доходчиво объяснила суть проступка, почувствовала, что тот понял, и дала возможность извиниться перед жертвой. Зато как следует оторвалась на троице ублюдков, реализовывавших на службе патологические наклонности — заставив их признаться во всех прегрешениях, «организовала» каждому по артриту пальцев ног и рук, геморрою и межреберной невралгии… на фоне пониженного болевого порога. Ну и, до кучи, впечатала в сознания дичайшее чувство вины перед Раймсом, а о себе заставила забыть.

Меня, неплохо знающего эту женщину, наказания не удивили, зато Ан Тииса проняло по полной программе. Причем проняло правильно — после того, как последнего «осужденного», вскрикивающего от боли при каждом шаге, увели, и в кабинете Та Кальма не осталось никого лишнего, старик не сводил со «злобной бабки» взгляда, в котором горели нешуточное уважение с не менее серьезным опасением! Вот она и не удержалась от шутки в своем любимом стиле:

— Будь они уроженцы Земли, наказала бы значительно серьезнее. А тут чужой мир, писаные и неписаные законы, которые наверняка не совпадают с нашими, другой менталитет и — что самое главное — просьба любимого внука особо не злобствовать. В общем, при случае скажи ему спасибо. Кстати, ты меня сегодня почти не бесил, а значит, заслужил небольшой бонус…

Тут она подошла к нему вплотную, бесцеремонно прижала руки к шее, провела диагностику и слегка подлечила. А потом дала хороший совет:

— Хочешь прожить еще роенов двадцать-тридцать — гони в шею своих криворуких коновалов, не снимай подаренный перстень и дружи с Раймсом по-настоящему. Кстати, послезавтра во второй половине дня выруби кресло и начни разрабатывать ноги. Только найди нормальных физиотерапевтов, а не придурков, попавших в дворцовую клинику не за знания и опыт, а за деньги. И-и-и да, я ВСЕГДА УВЕРЕНА в том, что говорю… Не беси меня! Так, я начинаю заводиться, так что пошла домой. Всем пока…

— Да уж, жесткая она дама… — выдохнул экс-Император сразу после того, как закрылось «зеркало».

Я пожал плечами:

— Это не жесткость, а зеркальное отношение: с теми, кто по-настоящему дорог, она — живое воплощение Любви и Заботы, с теми, кто неинтересен — Равнодушия, а с врагами — Кошмара и Самой Лютой Смерти. Кстати, это не преувеличение — не так давно Марина решила поразвлечься и отправилась с нами в один из магических миров. А там нас попытались захватить в плен. Так вот, она порвала в лоскуты сразу две сыгранные группы — армейских боевых магов и стрелков. Да, не одна, а при поддержке двух моих женщин, но весь бой работала первым номером.

— Вы, как я понимаю, тоже не стояли, верно? — спросил он, дождался утвердительного кивка и хитро прищурился: — Ратибор Игоревич, насколько я разобрался в вашем характере, легковерием вы не отличаетесь. Значит, вас даже сейчас страхует несколько человек. А можно увидеть хотя бы одного? — Каюсь, мне просто хочется удостовериться в правильности догадки и увидеть еще одного представителя вашего рода!

Я усмехнулся, плавно повел рукой и представил ему Язву, скинувшую марево:

— Лариса Яковлевна Елисеева-Багряная, любимая женщина, вернейшая напарница, бессменная тень и опытнейший боевой маг.

— Не изменяете себе даже в расстановке приоритетов. Что подтверждает мои выводы… — задумчиво пробормотал он и, спохватившись, сделал ей, мне и всему нашему роду невероятно витиеватый, замороченный и своеобразный, но уважительный комплимент. А потом подал голос хозяин кабинета:

— Маан, Ратибор Игоревич — в поместье прибыли первые таремы.

Картинку с камеры, установленной рядом с посадочной площадкой для приема негабаритных грузов, вывел на боковую стену помещения уже потом. Вот я на нее и уставился, ибо эти самые «таремы», то есть, беспилотные летающие фуры, еще не видел. Первым делом оценил размеры ближайшей, благо, к ней как раз подошел человек, и мысленно хмыкнул, засомневавшись в том, что для протискивания настолько здоровенной дуры через большое «зеркало» хватит заряда накопителя. Потом заметил, что «дура», только-только закончившая финальный доворот на месте, все еще висела в воздухе. Вернее, чрезвычайно плавно опускала свой вес на посадочные опоры.

«Те самые антигравы!» — мысленно воскликнул я, счел, что транспорт с таким приводом нам однозначно пригодится, затем увидел двух подтянутых мужчин с военной выправкой, возникших в поле зрения камеры и как-то уж очень уверенно направившихся к нашему добру, недовольно нахмурился и… не сразу понял мотивы, заставившие экс-самодержца выдать следующий монолог:

— Ратибор Игоревич, можете не беспокоиться — системы слежения этих таремов вот-вот отключат, а ничего, способного вам навредить, нет ни в них, ни в их содержимом: я не собираюсь конфликтовать с вашим родом в том числе и ради иллюзорного шанса разобраться в физике телепортации…