Донеслись шаги по ступеням, громкие, отчетливые. Я спрятала лицо от гостя на плече Гектора. У его груди.

Оба с Карателем замерли в ожидании дальнейших действий, замолчали, перестали драться.

Лицо и тело горело. Я побывала на грани смерти, потом взорвалась от сладкого оргазма, а сейчас попалась почти голая на глаза жителю подъезда.

Какой позор!!!

– Добрый де…вечер...
– приветствовал Гектор гостя. Я же не поднимала красного лица от груди Гектора.

– Добрый вечер, молодежь!
– поздоровался спокойно мужчина, судя по голосу довольно приличных лет.

Мне хотелось сгореть заживо, сжечь тело, хоть оно итак горело от стыда.

– Святая земля, какой позор!
– прошептала груди Гектора, спрятавшись в его футболке, пальцами вцепилась в ткань, как за спасательный жилет в открытом океане.
– А если кто-то из жителей видел?

– Тогда мы станем звездами порно-роликов в интернете.
– пояснил Гектор с усмешкой. Когда хлопнула дверь одной из квартир, известив о том, что мужичок зашел домой, первым желанием было ударить Карателя по голове, чтобы потрясти его мозги. Но слыша заразительный смех, в ответ тоже глупо захихикала. Это все от нервов, слишком много эмоций за тяжелый день.

На улице стемнело, значит скоро пять часов и пора поспешить на границу, а то рисковали застрять в Приаме.

POV Гектор

Единственным правильным решением было бы убить ее прямо сейчас. Находясь в машине, поднести нож к тонкой девичьей шее, где алел засос, и перерезать. Это моя обязанность, как Карателя. Тварей, подобных ей, я должен убивать без мук совести. Обязан брезговать ее телом, кишки должно скручивать от омерзения.

Столько раз говорил себе — убью, как только получу доступ. Будешь дерзить — убью, но сегодня была возможность осуществить эту угрозу, а я не смог. Более того, оказалось смерти ее не желал. Мои громкие слова оказались пустым выхлопом.

А что желал сейчас понять не мог... хотя нет.

Трахаться -- да, жутко хотел взять ее. Причем сейчас, сидя в машине и разгоняясь по свободной дороге в сторону леса, где был вход к Клеймённым. Через границу спокойно пропустил знакомый Каратель, я только махнул рукой, когда проезжал мимо. Он не тормозил на границе, не проверял документы, знал мою машину и потому допускал свободный проезд.

Столько похотливых мыслей я сейчас мечтал воплотить.

Остановить машину. Опустить спинку ее кресла до положения лежа, где она сидела равнодушная и зажатая, снять с нее верхнюю одежду и раздвинуть ножки. Господи, какие же у нее сексуальные ноги, созданы чтобы я раздвигал их и закидывал себе либо на бедра, либо на плечи. Девочка-обложка, девочка-картина, будто вырезали из глянцевого журнала для мужчин. Полуголый разворот я бы поставил себе на заставку в мобильнике. Красивая, а своей красотой ни кичилась или сама не осознавала насколько красива? Ее фотки до сих пор не удалил. Это была лишь работа, из-за которой Ольга начала наезжать.

Да. Для работы я часто пялился на ее полуголые фотки из раздевалки университета и ждал, когда точка в программе слежки начнет двигаться и выйдет, наконец, из дома. Я тогда успел прицепить жучок ей на куртку и ведь мог спокойно отпустить ее, ожидая того момента, когда покажет вход в их мир. Не иначе как дьявольская сила командовала мной. Она же заставила радостно подскочить с дивана в День Рождения Люды, обнаружив, что Диана вышла из дома. Люда -- умничка, доходчиво объяснила и про Семена, и про Диану, не знала только что воспользуюсь полученной информацией и нарушу великое празднование. Диана сильно вывела из равновесия Семеном и полным игнорированием меня. Столько времени прошло, а она даже не обрадовалась моему приближению. Пришлось преподать ей урок в Темном Доме, дабы никаких Семенов больше не было. И кто же знал? Что там не Семен, там тварь Твардовский. Андрей обнаружил Твардовского, выбегающего из ее дома, как раз в тот милый день, когда Диана голая швырнула мобильник на улицу. Я, наивный дурак, не сопоставил, что она могла прятать беглого. Видимо, был слишком хорошего мнения о Диане.

Сжимал пальцами руль до боли, стремясь раздавить. Дождь не прекращавшимся потоком стегал по лобовому стеклу, пока ехали по ночной трассе к лесу.

Мой план был прост — приглядеться к девчонке, познакомиться, узнать ее. Кто же знал, что я буду забывать, зачем всё это делаю? Буду забывать, где игра, а где настоящее?

А сейчас она рядом, вжалась в сидение, зарылась носом в ворот белого пуховика, колени прижала друг к другу и смотрела в темную ночь за окном. На меня не взглянула больше. В подъезде оделась под пристальным взглядом, краснела, но игнорировала. Избегала прямого взгляда, а я, как и обычно, остался в корень раздраженный, неудовлетворенный и с ее постоянным «нет».

Мне столько раз «нет» за всю жизнь не говорили. Мне вообще говорят: “да...да...да...о...да...еще...даааа!”

Хер от нее добьешься ласки, вечно недовольная и все ей не нравится. Только во время секса позволяла себе эмоции, а так -- глыба изо льда. Опять начал раздражаться, да еще чертова печка работала на полную мощь и в лицо били горячие потоки воздуха. Куда еще-то такая жара!?

А своему ебарю-то всегда «да» говоришь? А, Диана?

Меня по сути не должны тревожить эти проблемы. Я должен быть равнодушен к ее жизни. Вообще, что за суицидальные наклонности, психушка по ней плачет.