— Не такая уж и посредственная…

— Суть не в том. Что им здесь надо?

— По-моему, это очевидно, — сделал невинное лицо Борис. — Им были нужны мы. Желательно в охлажденном виде. Думаю, мы конкретно кому-то мешаем.

Малой взял свой — теперь уже свой — винтарь и принялся изучать процедуру смены обоймы. Процесс оказался простым и проблем не вызвал. В карманах у каждого из стрелков нашлось по паре запасных кассет с патронами. Кстати, более там не было почти ничего, даже носовых платков. Все, что имелось, сейчас лежало на расстеленном прямо на снегу спальнике Бориса, который по давней привычке, хотя до избушки всего километров с десяток, ну, может, чуть больше, никогда не отправлялся в лес без соответствующего рюкзачка, где и харчишки кое-какие хранились, и спальник на гагачьем пуху, и сухой спирт, и не сухой тоже.

Нож складной, швейцарский фирмы Victorinox — три штуки. Обойма от снайперской винтовки СВ-99, нестандартная, на 10 патронов — шесть штук. Телефон сотовый — три штуки. Все.

Насчет сотовых, правда, сомнения возникли при ближайшем рассмотрении. Черт его знает, что это были за приборчики. Походили на привычные телефончики, а вот обозначения на кнопках совсем другие, незнакомые… И не возникло никакого желания трогать те кнопки. Кто их знает, этих одинаковых мальчиков с оранжевой кровью! А ну как это гранаты?.. Или маяки?.. Или еще что похуже?..

Комбинезоны белые, три… Борис задумчиво вертел в руках мягкую, казавшуюся безразмерной вещь, что-то напряженно выискивая. Затем столь же тщательно осмотрел вторую. Третью. Потом вдруг вернулся к покойничкам и принялся осматривать их предельно внимательно. Наконец нашел то, что искал. Усмехнулся.

— Колись, что ты там надыбал? — поинтересовался Евгений, влюбленно поглаживая приклад. Винтовка и в самом деле была элегантной и сама просилась в руки. А что без автоматики — так у каждого оружия свое назначение. — Борис, ты с такой цацкой дело имел?

— Имел когда-то. — Борис явно думал о чем-то своем, отвечал отстранение, равнодушно, чисто механически. — Снайперская винтовка СВ-99, под патрон 5,6 мм, прямой затвор Никонова, прицел оптический, обычные прицельные приспособления отсутствуют. Запасная обойма крепится к прикладу. Эффективность огня до ста метров. В общем, оружие для города… Слушай, парень, тут интересные вещи получаются. Смотри, я ведь в этого гада попал, сам видел.

— Конечно попал. — Женька не удержался от насмешки. — А что, дырка во лбу уже за попадание не считается?

— Нет, я не о том. Я еще до того в него попал. В ногу. Вот, смотри…

И действительно — на ноге было что-то вроде повреждения. Будь этот че… существо живо, работай его сердце, гони оно кровь по сосудам — и тут наливался бы лиловый синяк. Или если у нормального человека синяк лиловый, то у этого морковный?

— Я что-то не понял, а где след от пули?

— Вот именно, — промычал Борис, затем взял костюм, представлявший собой цельный комбинезон, закрывавший тело от щиколоток до шеи, плюс капюшон, и повесил его на дерево. Отойдя на несколько шагов, он в упор бабахнул по одежке из ружья дуплетом. Комбинезон буквально смело с ветки, отбросило на несколько метров, где он зацепился за кусты и повис на них, чуть шевеля рукавами в такт слабенькому, еле заметному ветерку.

Осмотрев ткань, Женька удивленно хмыкнул:

— Ну, блин… Стало быть, если бы я ему в спину стрелял, он бы просто повернулся и…

— Везунчик ты, — отметил Борис. — Интересная штука — винтовочный патрон держит. И при этом мягкая. Мда… Значит так, облачайся.

— Ты что, охренел? С трупа?

— Слушай меня внимательно. — Борис вмиг посерьезнел. — Эти трое… — клонов — не важно, как их называть, — приехали сюда за нами. Вопрос в том, сколько их тут в лесу. Чует мое сердце — эта встреча не последняя. У меня нет никакого желания отправиться на тот свет или проводить туда тебя. Нам еще надо добраться до города, причем живыми. И ребят предупредить — смешно думать, что из всей Команды охотятся только на нас. А для этого мы должны выжить. Любой ценой. Поэтому не спорь и делай, что тебе умный дядя говорит. И маскировка неплохая, и от пули защитит.

— А теперь что? — немного нервно спросил Женька, с сомнением оглядывая себя, затянутого в маскировочный комбез. Предположение о безразмерности этой штуки оказалось неверным — костюм послушно облегал невысокую фигуру Евгения, как будто именно на него был и сшит. Рядом возвышался Борис — тоже весь в белом, — и совсем не казалось, что наряд ему мал.

— Теперь идем к избушке. Все патроны берем с собой, третью винтовку брось — не до нее. И наши ружья тоже… лишний груз. Жаль, конечно, но от них толку немного. Идем налегке и быстро. Запомни: вперед меня не суйся.

— Ты думаешь… — глаза Женьки загорелись, — там засада?

— Плейшнер увидел сорок восемь утюгов, расставленных в шахматном порядке… Откуда я знаю? Все может быть. На их месте я бы сделал именно так. Там наша машина, наши вещи, телефон. Что бы ни случилось, мы наверняка пойдем именно туда.

— А стоит ли поступать так, как от нас ожидают? — с сомнением спросил Малой.

— Дело в том, друг, что у нас нет выхода. Очень жаль, что и они это знают.

К избушке вышли уже в сумерках. И без того обеспечивавшие неплохую маскировку костюмы теперь, в густой тени деревьев, делали своих новых владельцев совершенно невидимыми. Ко всему прочему, они оказались еще и очень теплыми — уже через четверть часа ходьбы оба охотника поняли, что надобность в утепленных куртках полностью отпала. Бросать их, впрочем, не стали — не ехать же в город в новых, пусть и достаточно симпатичных, но все же странных нарядах?