«Я не хочу убивать мужа, – сказала себе Маргарет. – Я никогда не мечтала его убить. Я хочу, чтобы он жил. Прекрати, прекрати».

Она выпила воды, раз уж сказала мужу, что собирается это сделать, вернулась в гостиную и села. Когда она вошла в комнату, муж внимательно на нее посмотрел.

– Ты сегодня выглядишь очень беспокойной, – заметил он.

– Наверное, из-за погоды. В жару мне всегда тревожно.

– Может, все-таки сходим в кино? Или прокатимся, развеемся.

– Нет, спасибо. Пожалуй, я пораньше лягу спать.

– Хорошо.

«Что я стану без него делать? – спрашивала себя Маргарет. – Как буду жить, кто на мне женится, куда я поеду? Куда дену всю нашу мебель, стану ли плакать при виде его фотографии, сожгу его старые письма? Я могла бы раздать его костюмы, но что бы я сделала с домом? Кто позаботится о налогах? Я люблю мужа, – очень серьезно сказала себе Маргарет, – я должна перестать так думать. Это как идиотская мелодия, которая не выходит из головы».

Маргарет снова встала, чтобы включить радио; безжизненный голос диктора показался ей отвратительным, и она выключила радио, потом подошла к книжному шкафу. Сняла с полки книгу, еще одну, пролистала их, не видя страниц и думая: не похоже, что у меня есть мотив, меня никогда не поймают. Зачем мне убивать мужа? Она будто видела себя со слезами на глазах в кабинете у воображаемого лейтенанта полиции: «Но я любила его… я не переживу его смерти!»

– Маргарет, – позвал муж. – Тебя что-то беспокоит?

– Нет, дорогой. Почему ты спрашиваешь?

– Ты странно выглядишь сегодня, как будто чем-то расстроена. У тебя жар?

– Нет, – покачала она головой. – Немного знобит.

– Иди сюда и дай мне потрогать твой лоб.

Она подошла и послушно наклонилась, чтобы он положил руку ей на лоб. Ощутив прохладную ладонь мужа, она подумала: «О мой дорогой, добрый человек». И чуть не расплакалась от своих мыслей.

– Ты права, – сказал он. – Лоб холодный. Ложись спать.

– Скоро пойду, – ответила она. – Я еще не устала.

– Принести тебе вина? Или лучше лимонада?

– Большое спасибо, дорогой. Не хочется.

Говорят, если на ночь положить сигарету в стакан воды, к утру вода станет почти чистым никотином – и смертельно ядовитой. Можно налить ее в кофе, и он ничего не почувствует: вкус не изменится.

– Сварить тебе кофе? – предложила Маргарет, удивившись собственному вопросу.

Муж взглянул на нее и нахмурился.

– Я только что выпил две чашки за ужином. Но все равно спасибо.

«Я храбрая, я справлюсь, – подумала Маргарет, – какое это будет иметь значение через сто лет? К тому времени я тоже умру, и кого волнует мебель?

Она принялась размышлять. Взломщик. Сначала вызвать врача, потом полицию, потом ее шурина и сестру. Всем сказать одно и то же, со слезами. Не стоит уделять много времени приготовлениям, чем тщательнее все планируешь, тем больше шансов ошибиться. Она выберется, ее не поймают, если она станет думать о деле в перспективе, а не погрязнет в деталях. Стоит только начать беспокоиться о таких мелочах, как отпечатки пальцев, и все потеряно. Против вас сработает то, о чем вы больше всего тревожитесь, так всегда бывает.

– У тебя есть враги? – вдруг спросила она мужа, хотя и не собиралась задавать.

– Враги? – задумчиво переспросил муж. На мгновение он воспринял ее вопрос всерьез, потом с улыбкой ответил: – Полагаю, у меня их сотни. Тайных.

– Я не хотела спрашивать тебя об этом, – призналась она, снова удивившись.

– Почему у меня должны быть враги? – внезапно посерьезнев, спросил он и сложил газету. – Почему ты думаешь, что у меня есть враги, Маргарет?

– Глупый вопрос, извини. Глупая мысль.

Она улыбнулась, и он улыбнулся ей в ответ.

– Полагаю, молочник меня ненавидит. Я всегда забываю выставить бутылки на крыльцо.

Молочник вряд ли стал бы это делать, он ей не помощник. Взгляд Маргарет упал на стеклянную пепельницу, переливавшуюся в свете от лампы для чтения; в то утро она вымыла пепельницу, и ей ничего подобного в голову не пришло. Теперь она подумала: именно пепельницей; первая идея всегда самая лучшая.

Маргарет встала в третий раз и подошла к мужу сзади, чтобы облокотиться о спинку его стула. Пепельница лежала на столе, прямо перед ней. Маргарет наклонилась и поцеловала мужа в макушку.

– Я никогда не любила тебя больше, чем сейчас, – сказала она, и он, не глядя, протянул руку, чтобы нежно коснуться ее волос.

Маргарет осторожно достала сигарету из пепельницы и положила ее на стол, рядом. Сначала муж ничего не заметил, а потом, потянувшись за сигаретой, увидел, что она не в пепельнице. Он быстро поднял ее и коснулся поверхности стола, чтобы удостовериться, не загорелся ли он.

– Чуть дом не подожгли, – рассеянно пробормотал он.

Когда муж снова развернул газету, Маргарет незаметно взяла пепельницу.