Мимо полустаночных огней.

3

Дикая моя натура!

Что нашла ты в этой сладкой лжи?

Никакая греческая дура

Тело предо мной не обнажит.

Так однажды в детстве в наказанье

Мать меня лишила леденцов, —

Ничего не выдало лицо,

Но глаза лоснились от желанья.

4

Молодость слезами орошая,

В поисках последнего тепла,

Видишь — голова моя большая

Над тобой, как туча, проплыла.

Никогда она не пожалеет,

Что плыла, как туча, над тобой,

Оттого, что облако имеет

Очень много общего с землей.

1927

СТАРОСТЬ

Вот я обтрепан ветрами,

Как старое зданье,

Форму теряю свою,

Как раздетый солдат.

Мышцы ослабли,

И дремлют воспоминанья,

Первые ласточки —

Старые ласточки —

Спят.

Вся в сарпинке веселья,

Не веруя в старость чужую,

Юность рядом идет,

Как моя проходила в те дни.

И под солнцем ее,

Притворяясь своим,

Прохожу я,

Больше чем нужно —

На три четверти скрытый в тени…

С улиц врываясь,

Звенит на столе у поэта

Крошками хлеба

Разбросанный праздничный звон…

Близится старость…

И мельтешат у окон

Стаи ворон,

С отвращением ждущие лета…

1927

ПОХОРОНЫ РУСАЛКИ

И хотела она доплеснуть до луны

Серебристую пену волны.

Лермонтов

Рыбы собирались

В печальный кортеж,

Траурный Шопен

Громыхал у заката…

О светлой покойнице,

Об ушедшей мечте,

Плавники воздев,

Заговорил оратор.

Грузный дельфин

И стройная скумбрия

Плакали у гроба

Горючими слезами,

Оратор распинался,

В грудь бия,

Шопен зарыдал,

Застонал

И замер.

Покойница лежала

Бледная и строгая.

Солнце разливалось

Над серебряным хвостом.

Ораторы сменяли

Друг друга.

И потом

Двинулась процессия

Траурной дорогою.

Небо неподвижно.

И море не шумит…

И, вынув медальон,

Где локон белокурый,

В ледовитом хуторе

Растроганный кит

Седьмую папиросу,

Волнуясь,

Закуривал…

Покойницу в могилу,

Головою — на запад,

Хвостом — на восток.

И вознеслись в вышину

Одиннадцать салютов —

<