Наталья обмерла. Видно было, что она поняла, о чем толкует дочь. Словно сама себе проговорила:

– Значит, это он украл брегет.

Аня непонимающе уставилась на мать.

– Брегет? Мам, я тебе рассказала. Может, теперь ты объяснишь мне, что все это значит?

Наталья Григорьевна словно не слышала вопроса. Задумалась и только помешивала ложечкой чай в кружке. А потом она встала решительно и стала ходить по кухне кругами, что выдавало её волнение. Помнится, в детстве они с папкой всегда смеялись над этой маминой привычкой.

– Дай мне посмотреть газету ещё раз, - попросила, остановившись, мама.

Аня встала и принесла из своей комнатки помятую столетнюю газету, которая так и валялась на кровати.

– Смотри, часы и кольцо перемещают во времени на 110 лет, день в день. Газета от 3 января, взрыв произошел второго. А сегодня только канун Нового года. Аня! Ну, конечно же!
– Почти вскрикнула она, осененная этой простой истиной.
– Третье января в прошлом ещё не наступило. Точнее, оно было, конечно, но отправитель не мог знать, что случится только через два дня. В 1912 году тоже сегодня 31 декабря!

Кажется, до Ани начала доходить логика маминых рассуждений. В глазах её теперь вместо слез мелькнула слабая надежда.

– Ты думаешь, она ненастоящая? Думаешь, он отправил подделку?

– Скорее посылку доставили раньше срока.
– Прикинула мама.
– Возможно, никакого взрыва и не было, но если даже он что-то такое и планирует, Аня, у нас есть ещё время!

Надежда, на секунду мелькнувшая в Аниных глазах погасла.

– Мам, я же сказала тебе, что отдала кольцо. Да и до полнолуния невозможно перейти в прошлое.

Но мама, словно не слышала её аргументов, деловито прибирая со стола чашки из-под чая.

– Так, Анюта, собери скоропортящиеся продукты, отнесем их соседке.

Аня недоуменно посмотрела на мать. Что она задумала? Разве ж имеет смысл вся эта суета, если кольца всё равно нет. Да даже если бы оно и было, нужно ждать много дней!

Мама выскочила в прихожую, заметалась по квартире, собирая какие-то вещи, разбирая пакеты, которые недавно принесла с рынка.

– Ну, чего стоишь, дочь?!
– Сердито сверкнула она глазами.
– Отнеси всё, что может испортиться соседке. Скажи, что мы уезжаем.

Аня махнула рукой и стала собирать продукты. Когда продуктовая корзина была готова, девушка постучала в соседскую дверь. Бабулька, который мама иногда покупала лекарства, была так удивлена известию об их внезапном отъезде, что взяла всё без лишних слов. Аня отдала ей запасной ключ и попросила поливать цветочки.

На вопрос, куда они едут, пришлось ляпнуть, мол, к родственникам в деревню. Ну а что ещё оставалось делать? Когда Аня вернулась домой, мама стояла посреди гостиной и, щурясь, прикидывала что-то в уме. А потом она отправила Аню на чердак за старым кожаным чемоданом. В какой-то момент девушка решила, что они с мамой сошли с ума. Она - потому что побывала в прошлом и влюбилась там в настоящего графа, а мама просто не выдержала её рассказа и тоже тронулась умом. Но тут ей вспомнилась цитата из старого мультфильма о том, что с ума сходят только по одиночке, и она отправилась на чердак, повинуясь указаниям матери. Кое-как снеся увесистый чемодан в квартиру, Аня открыла саквояж. В нем аккуратно были сложены старинные платья, блузы, белье. Откуда все это?

Мама порылась в вещах, удостоверилась, что вещи целые и относительно чистые.

– Постирать бы, конечно, не помешало, освежить, но сейчас не до того.
– Сокрушенно покачала головой.

Казалось, все эти сборы захватили Наталью Григорьевну с головой.

– Так, а теперь пойдём в лавку твою антикварную.
– Выдала она новое ЦУ.

Аня закатила глаза. Зачем? Чем это поможет делу? Но мама уже выпихнула ее в прихожую, чтобы девушка надела свой любимый пуховик и обулась.

В лавке они застали вернувшегося с чаепития Якова Семёновича. Тот был недоволен, даже сердит.

– Анна, что ж вы ушли, а документы не разобрали?
– Строго спросил Михельсон, но увидав, что девушка явилась к нему не одна, озадаченно потер переносицу.
– Так, так, Наталья Григорьевна! Так значит, Аннушка - ваша дочь?

Мама кивнула. Вид у неё был очень взволнованный.

– Здравствуйте, дорогой Яков Семёнович. Я очень надеялась, что никогда мне не придётся обращаться к вам с подобной просьбой, но кажется, время это настало.

– Хм, вы уверены, Наташенька?
– Совсем уж фамильярно, по-отечески, спросил хозяин антикварной лавки.

– Да, как бы мне не хотелось обратного.

– Ну что ж, тогда ждите, сейчас вернусь.
– И Яков Семёнович скрылся в чулане за занавеской, где у него было нечто вроде склада.

Липецкая область, г. N., наши дни

Аня решительно ничего не понимала. Мало того, что мама с Михельсоном оказались знакомы, так они ещё и говорили какими-то загадками.

Тем временем вернулся Яков Семенович с небольшим мешочком из красного бархата. Он положил его на прилавок, вынул особенную тетрадочку, которую Аня до того не видела, из недр конторки и, прищурившись, стал водить пальцем по строчкам. Полистав тетрадь, антиквар нашел, наконец-то, нужную графу.