– Погоди. Давай фруктов наберем.
– Я кивнула. Уже почти подошла к нему как увидела не большую металлическую коробку. С надписью скидка тридцать процентов. А там среди товара увидела кошачьи ушки. Улыбнулась.

– Сейчас… - Сказал и пошла туда. Кошачьи ушки… Даже хвостик пушистый. Хохотнула. Наклонилась и потянулась за вещичками. Они лежат почти в самом низу, пришлось согнуться и упереться животом в металлическую коробку. Двумя пальчиками дотянулся до ушек, затем за хвостиком.

– Какая красавица… - раздалось сквозь гул толпы.

– Пошел нахуй отсюда.
– Голос Гудвина стал грозным.
– Соня. Выпрямись. Что ты там нашла? Стоит уже рядом. Его рука легла мне на поясницу.

– Нашла такое… такое… - Выпрямилась и являю ему ушки и хвост серый, пушистый. Главное кошачий. Я хохотнула. Поиграла бровями. Гудвин тоже немного засмеялся, снова залипла на его улыбку, на губы.

– Ролевые игры? Я не против.
– Фыркнула. Надела ушки на голову. Затем надела хвостик.

– Киса хочет вискас. Мур.
– сказала игриво, а затем рассмеялась громко. Гудвин тоже, теперь, как и я залип на мою улыбку и смех. От чего сердце затрепетало в наслаждении.

– Какая очаровательная кошка, киска, ты чья?
– Спросил, какой-то мужик, когда направилась идти дальше.

– Моя.
– Тот жадно прошелся глазами по мне и пошел дальше.

– у Мартовских котов «моя» ко всем относиться. Я не в их числе.
– Проговорила спокойно. И иду дальше.

– Сними это.
– Просит он, я обернулась на него. Глаза прищурила. Он внимательно смотрит на меня.

– снять что, это?
– Я отклянчила не сильно попу и покрутила не много, что бы хвост заметался.
– Тот сглотнул. Шумно втянул воздух. Его горящий, хищный, возбужденный взгляд заставил между ног намокнуть.

– ДА!
– Рявкнул он. Я засмеялась.

– Нет.
– И пошла дальше.

– Кс-кс… - Кто-то пытался меня звать. Но я не обращала на это внимание. Довольная, как кот. Правда, вот как кот, который наелся сметаны. Мало того, что получаю внимание от посторонних, но и от Гудвина. Который, нагнал меня быстро. Положил ладонь на мою талию.

– Если ты сейчас же не снимешь, я отведу тебя в подсобку.
– Прошептала мне в ухо… Ноги подкосились аш… Наплыв возбуждения такой мощный, что я невольно сжала ноги, трусы стали слишком мокрыми, закусила губу. Повернула к нему голову.

– Не пойму, это угроза или мотивация?
– Тот сжал мою талию сильнее и плотнее прижал к себе.

– Жопу надеру.
– его рука медленно сползла к моему хвосту. Дернул его, застежка не выдержала и сломалась. Хвост остался в его руке, он положил его на стеллаж.

– В подсобке или тут?
– Захлопала невинно глазками. Хохотнула и пошла дальше.

– Не веди себя как… - Замолчал. А веселье сошло на нет. Соблазнить его получилось, мне это понравилось, понравилось, как ревнует. Остановилась, повернулась к нему, жду, когда доедет.

– Знаешь, а чисто физически не могу быть то, кем ты хотел меня назвать. Так что, Анатолий Иванович, будьте любезны не оскорблять меня. В отличии от вас, у меня в постели был только один мужчина и довольно давно.
– Видит, что меня задел.

– Ну в отличии от тебя, у меня мужчин вообще небыло.
– Я хохотнула.

– Как знать, как знать… В природе у котов Мартовских, бывает так, что они могут учить некоторых котов своего же пола… Так что… - Я хохотнула и отошла от него на шаг. Что бы, правда, по жопе не дал.

– София Викторовна. В отличии от вас, тайн у меня нет.
– Я хмыкнула.

– Уверен?
– Я всем видом выражала то, что я знаю, что он совершил. Развернулась и зашла в отдел соусов и приправ.

– О чем ты?
– Спросил спокойно.

– Чесночный брать?
– не дождавшись кинула в тележку.

– Сонь. Я ничего не скрываю и ничего… - Тут он замолчал. Подошел ко мне и вглядывается в мои глаза.

– Откуда ты знаешь?
– Спросил он хрипло.

– Знаю, что?
– Спросила, хлопая глазками. Будто не понимаю, о чем он говорит.
– Что-то есть да? Я на понт взяла.
– Хмыкнула.

Он ничего не сказал. Лишь только следил за мной. Ловил каждое мое движение. А если оно для него было подозрительно, то спрашивал «все хорошо?»

Если бы не то, что он сделал… Я бы ему отдалась бы. Но скорее всего я для него была бы на одну ночь.

Ненавижу себя и его…

– Взяла на понт, но не пытаешься выведать, что скрываю?
– Вдруг спросил, когда уже направлялись к кассе. Я сняла ушки и кинула их в тележку.

– Я не хочу тебе лесть в душу. Зачем теребонькать то, что тебя беспокоит?
– Он ухмыльнулся и кажется, ему понравилось, как я сказала.