– Аиджей, я люблю тебя! Если ты уйдешь, я этого не вынесу...
– сказала я, глотая слезы.

Он ничего не ответил, продолжая шагать вперед.

– Куда ты, Анджей?

– К Любомиру. Я найду этого подонка и убью его, -отрывисто бросил он и добавил, обернувшись через плечо:

– Волчица!

Мне показалось, что он ударил меня. Я обессиленно прислонилась к стволу дуба. "Мы не всегда получаем то, к чему стремимся"...Ванда, ты права...

Я перекинулась и весь день бродила по лесу, а к вечеру ноги сами принесли меня на нашу поляну.

В густой высокой траве лежал человек. Я подошла и склонилась над ним. Анджей... Стрела с серебряным наконечником насквозь пробила его горло.

Из моей глотки вырвался хриплый вой. А с высокого ясного неба на нас холодно взирала луна, такая же яркая, как и прежде, такая же равнодушная к страстям и бедам человеческим, и ее свет отражался в широко раскрытых мертвых глазах Анджея...

А утром пришли дровосеки. Это были мужики из той самой деревни, куда бегали мы с Анджеем в первую нашу ночь в лесу. У меня уже не было сил ни сопротивляться, ни перекидываться в человека. Они затолкали меня в пыльный мешок и принесли на городскую площадь. Там они меня выпустили.

Яркий свет больно резанул по глазам. Со всех сторон меня окружали озверевшие мужики, вооруженные кольями и топорами.

– Ведьма проклятая!

– Убить ее!
– послышались крики с разных сторон.

В меня полетели камни.

Я метнулась в сторону и угрожающе оскалилась, но они лишь теснее сомкнули ряды. Наверху кто-то был. Я подняла голову и увидела стоящего на балконе Любомира. Наши глаза встретились. Я поняла, что он все знает. Это было спасение.

– Кто жил, как зверь, пусть и умирает, как зверь, -бесстрастно изрек он и отвернулся, не обращая внимания на мой умоляющий взгляд.

Камень рассек мне лоб, и кровь стала заливать мне глаза. Сквозь алую пелену я увидела, как вперед вышел могучий детина с острым осиновым колом в руках.

_____________

Любомир вцепился в перила так, что побелели костяшки пальцев. Его дыхание со свистом вырывалось сквозь до боли стиснутые зубы. Перед его глазами снова встала омерзительная сцена - сплетающиеся в экстазе полулюди-полузвери, стоны которых все больше становились похожи на волчий вой...

Он посмотрел вниз. Осиновый кол вонзился в сердце волчицы, и она тяжело рухнула на бок, обагряя своей кровью серые каменные плиты...