— А кто замещает Чебрикова? — спросил Щербицкий.

— Тот, кому и положено по должности — первый заместитель Цинёв Георгий Карпович, — ответил Гришин.

— Он ведь немолодой, — заметил Романов, — к тому же за ним тянется шлейф доверенного лица Леонида Ильича… и характер у него сложный, люди говорят, что он неумён и склонен к пустым интригам.

— Я тоже такое слышал, — добавил Щербицкий, — Григорий Васильевич, у вас есть предложения по этой кандидатуре?

— Да, конечно, — быстро отреагировал Романов, — мы с Виктором Васильевич уже пару раз обсуждали эту тему — есть такой директор института востоковедения Примаков, знаете наверно?

— Не очень подробно, но знаю, — ответил Щербицкий. — Во время шестидневной войны арабов с евреями он хорошо отметился.

— Да, — согласился Романов, — его переговоры с лидерами противоборствующих сторон сильно помогли исправить дело. Кроме того, он на короткой ноге с Саддамом Хуссейном, например, и с Ясером Арафатом. Очень полезный человек в разведке, на мой взгляд — а какие будут ваши мнения?

— Я не возражаю, — по очереди сказали Кунаев со Щербицким, а Гришин просто кивнул головой.

— А с Цинёвым что будем делать? — уточнил Кунаев.

— Моё мнение — ничего с ним не надо делать, — ответил Романов, — пусть работает на своём месте, старый конь, как говорит пословица, борозды не испортит.

— Но и глубоко не вспашет, — закончил пословицу Гришин, — решено, Цинёв пока остаётся замом. А что насчёт Горбачёва и Шеварднадзе?

— Хорошо бы их послами отправить куда-нибудь подальше, — предложил Романов. — В Южную Америку например. Пусть потрудятся на благо советской дипломатии.

— Решено, — стукнул ребром ладони по столу Гришин, — по кадровым вопросам мы кажется закончили обсуждение, давайте теперь о главном…

— Об экономике? — спросил Романов.

— Да, именно о ней… с нашей экономикой надо что-то делать… вот данные ЦСУ за прошлый год — рост ВВП всего на полпроцента, тогда как в США все четыре. Сельское хозяйство стагнирует, зерна за границей мы всё больше и больше закупаем. Отечественная продукция имеет дурную славу в народе, все предпочитают импорт, а это в корне неправильно.

— Ещё один маленький кадровый вопрос не обсудили, — сказал Романов. — Медицинский.

— На Евгения Ивановича намекаете? — спросил Гришин.

— Да, на него… начальника 4 управления при Минздраве надо поменять. Слишком уж сильно он стал влиять на принятие важных государственных решений.

— Поясните? — попросил Щербицкий.

— Леонида Ильича кто на барбамил подсадил? Константина Устиновича кто отключил от искусственной вентиляции лёгких, а до этого прописал лечение в непрофильном санатории? Да и со смертью Юрия Владимировича далеко не всё ясно…

— Так может запустить расследование? — спросил Кунаев, — по всей форме…

— Думаю, это лишнее, — скривил губы Романов, — уж слишком явные аналогии с печально известным делом врачей вылезут — зачем нам это надо? А вот сменить руководство в 4 управлении наверно стоит… там прекрасные специалисты в заместителях засиделись — Шпаков, Константинов, Тихомирова. А Чазову давно пора на пенсию.

— Согласен, — коротко бросил Гришин, — я имел дело с Тихомировой — предлагаю её поставить главной. Ну а теперь всё же перейдём к экономике. Григорий Васильевич, я знаю, что вы подготовились к этому вопросу — давайте свои предложения.

— Да, действительно я готовился, Виктор Васильевич, — ответил Романов, — и вот краткая выжимка из моих изысканий… надеюсь все помнят, что такое НЭП? — и он обвёл взглядом окружающих.

— Помним, конечно, вы не останавливайтесь, Григорий Васильевич, — благожелательно улыбнулся Щербицкий.

— Так вот, Ленин не просто же так объявил эту новую политику, а в связи со сложившейся безысходной обстановкой — российская экономика же была на грани гибели, а страна ходила по краю голодной смерти. И буквально за год-за два всё чудесным образом наладилось. Плюс новая валюта сыграла свою роль, червонцы эти.

— То есть вы намекаете, — ответил Гришин, — что нам пришла пора перенимать опыт первых лет советской власти? Заменить продразверстку продналогом? Разрешить частный бизнес, отменить государственную монополию внешней торговли? Реформировать финансовую систему?

— Продразверстку наверно можно отставить в сторону, а всё остальное — да, считаю, что можно сделать… медленно и аккуратно, конечно, а не с бухты-барахты, и далеко не во всех сферах деятельности. Частников вполне можно допустить в обслуживание, общественное питание, производство товаров народного потребления — что плохого будет в том, что телевизоры, например, начнут ремонтировать не только неповоротливые государственные мастерские, у которых очередь несколько месяцев? И в частных кафе-закусочных тоже ничего страшного нет. Ключевые отрасли народного хозяйства, естественно, затрагивать этой реформой не следует, там надо поступить немного по-другому.