— Мне казалось, мы этот вопрос уже обсудили.

— Нет, разговор пошёл немного не так, как я планировала.

— Хм?

— Речь о том, что я тебе не рассказала. Брат Шона работает на правительство кем-то вроде программиста. Если бы Шон захотел меня разыскать, Дерек обнаружил бы меня в тот же день. Мне нужно было держаться вне системы, насколько это возможно. Вот почему мне нравится жить в гостинице. Для этого не требуется мой номер социального страхования. И Ставрос согласился платить мне наличными.

— Окей?.. — подбодрил меня Трекс.

— Моя фамилия не Кук. Моя фамилия Диксон, — сказала я. Трекс нахмурился и хотел было что-то сказать, но я перебила его. — Прости, что соврала тебе, — выпалила я. — Я не стремилась обмануть тебя намеренно. Я просто боялась…

— Всё в порядке, — сказал он, повысив голос. Заметив мой обиженный взгляд, он потянулся к моей руке. — Я не хотел кричать на тебя. Я просто не хочу, чтобы ты извинялась. Я… — он вздохнул, — Я уже знал твою настоящую фамилию.

— Что? Как?

— У меня есть друг в ФБР, — поморщился он.

— Ты… что? Пробил мои данные?!

— Нет! Я беспокоился за тебя, Дарби. Понимаю, как это выглядит, но…

— Ты не понимаешь, что наделал, — сказала я, отдёргивая руку. — Дерек, наверное, получает уведомление каждый раз, как кто-то проверяет моё имя. Шон, должно быть, уже знает, где я!

— Система ФБР безопасна…

— Не бывает ничего безопасного! Не будь таким наивным! — я прислонилась к двери, прижимая пальцы правой руки ко лбу. — Когда? Когда ты пробивал мои данные через ФБР?

— Помнишь, я помог Элли? Тогда я и подал запрос, но Вэл к тому времени уже провела проверку.

— Кто такая Вэл? — спросила я, с каждым вопросам повышая голос всё больше.

— Она федеральный агент. Мы с ней… долго рассказывать.

— О, боже. О, боже! Мало того, что мой бывший ищет меня, так ещё и твоя бывшая следит за мной?

— Всё было совсем не так. Дарби, пожалуйста, успокойся.

Мои щёки пылали, жар распространился по всему телу. Я с остервенением принялась настраивать кондиционер, а затем откинулась на сиденье, тяжело дыша.

— Это незаконно! Когда она это сделала? И как? Ты ведь даже не знал мою настоящую фамилию.

— Я не знаю, когда именно это было. Для обычного человека скрыться от системы невероятно трудно. Дорожные камеры оснащены системой распознавания лиц, так же как и камеры в торговых заведениях… Она знала, где ты живёшь в настоящее время, так что она могла найти твои изображения где угодно. Дарби, мне очень жаль.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Шону уже давно могло быть известно, где я. Он мог следить за мной. А я об этом даже не подозревала.

— Ты должен был сказать мне, Трекс. Ты не понимаешь… — вздохнула я.

— Дарби, ребёнок. Ты должна успокоиться, — сказал он, потянувшись к моему животу, но я оттолкнула его руку.

— Не прикасайся ко мне.

— Детка, — в его голосе звучала мольба вперемешку с недовольством.

Скрестив руки, я погрузилась в раздумья, как бывало, когда я жила с Шоном.

— Разворачивайся.

— Что?

— Ты должен отвезти меня назад. Мне нужно собрать вещи. Мне нужно уехать, — мои глаза наполнились слезами.

— Дарби, погоди. Просто… задумайся на секунду. Если ты действительно веришь, что Дерек имеет тот же доступ, что и ФБР, то он мог просмотреть записи с камер на автовокзале. Возможно, им всё это время было известно, где ты находишься. Если ты уедешь, я не смогу защищать тебя. К тому же, если он до сих пор за тобой не явился, то…

— Есть три сценария. Либо Шон бросил поиски, либо ему известно, где я и ему плевать, либо он выжидает.

— Чего выжидает?

— Подходящего момента, — моё лицо исказила гримаса. — Я унизила его, сбежав со свадьбы. Он ни за что этого так не оставит, — тут острая боль пронзила мой бок, отдавшись в спину и ноги, и я согнулась, схватившись за живот. — Уф, — охнула я.

Трекс резко вывернул руль, съехав на обочину. Остановившись, он бегом обогнул машину, бросившись к моей двери.

— Детка? Дыши. Глубокие вдохи, — сказал он, отстегнув мой ремень безопасности и убрав волосы с моего лица.

Я последовала его инструкциям, откинув голову на подголовник и вытянув ноги как можно дальше. Он был прав. Мне не следовало накручивать себя, даже когда мне было страшно. Все мои переживания отражались на моей дочери. Я старалась успокоиться и замедлить сердцебиение.