Между тем из зарослей высунулась огромная рыжая морда.

Оксана закрыла лицо руками, зажмурила глаза и припала к земле, чтобы не видеть, как на нее набросится злющий и жадный волк. Стало жалко, очень жалко себя, и она заплакала жалобно и горько. Но волк почему-то не набросился сразу. Сначала подбежал, подышал в самое ухо, — у нее даже мороз по коже прошел. Потом лизнул шершавым языком руку, от чего Оксана съежилась и свернулась в клубок. Затем топнул о землю и затих, точно его и не было.

Оксана не могла понять, почему он не бросается на нее. Неужели пожалел?.. А может, не голодный или кого-то ждет?..

Хоть и страшно было, все же отважилась — повернула набок голову, открыла один глаз и посмотрела сквозь пальцы. И как же удивилась и обрадовалась, когда увидела, что подле нее стоит не страшный волк, а их пугливый рыжий бычок!..

Мгновенно вскочила и расхохоталась на весь лес — разве же не смешно так испугаться теленка, который, может быть, заблудился и бежал за ней потому, что не знал, как попасть домой! А теперь смотрел на Оксану кроткими, доверчивыми глазами, точно просил прощения за то, что напугал ее.

И Оксане снова захотелось погладить лоснящуюся гладенькую шею бычка. Протянула руку. Он уже не убегал, позволил себя погладить.

В это время поблизости раздвинулись кусты, и из них вышли бабуся и я.

Мы и в самом деле услышали Оксанин крик и побежали на него.

— Так вот они где! Ишь куда запрятались, а мы их ищем! — всплеснула руками бабуся. — Не думала, не гадала, что у меня такая непослушная внучка! Подумать только — одна пошла в лес…

— Да ведь Оксана не одна пошла, — сказал я, чтобы выручить сестру.

— Ну да, ну да, бычка за собой потащила. Нашла, вишь, друга и заступника… Ну, что ж, коли так вы подружились, придется теперь и держать вас в паре, на привязи. Согласна, внученька?

Оксана не отвечала. Понимала: бабуся только пугает ее.

Потом бабуся взяла за веревку теленка, Оксана подбежала, схватила меня за руку, и мы пошли из леса.

После этого случая, когда я уходил в лес один или с хлопцами, часто брал Оксану. Она ведь впервые в селе, все ее здесь интересовало.

А в скором времени не только Оксану, но и меня тоже необычайно заинтересовала

Как-то бабуся сказала, что в лесу появилось много боровиков и подберезовиков, и мы с Оксаной сразу же стали собираться за грибами.

— Сегодня, дети, посидите дома. Гроза будет. А если уж хотите каким-нибудь делом заняться, пособите бабусе картошку окучивать, — посоветовал дедусь.

— Откуда же быть грозе, если на небе ни облачка? — спросил я. — Дождем и не пахнет.

— Э-э, пахнет, еще как пахнет! — уверенно ответил дедусь.

Не послушали мы его совета, пошли в лес. Думали, он затем сказал про грозу, чтобы мы дома остались и помогли бабусе картошку окучивать.

Да только принялись грибы собирать, как вдруг налетела черная туча, засверкала молния, загрохотал гром! В лесу стало темно, будто ночью. Потом хлынул ливень. Прибежали домой промокшие, озябшие и без грибов — второпях рассыпали даже то, что успели собрать.

— А разве не говорил я вам, что будет гроза? — укорял нас дедусь.

Через несколько дней он позвал нас и велел отнести в сарай корыто с куриными перьями, которые бабуся поставила на солнце сушить, не то ветер, мол, разбросает их по всему двору.

— Ветра ведь нет, дедусь, — недоумевающе развел я руками.

— Сейчас нет, но скоро будет.

И верно. Вскоре поднялся сильный ветер. Пылищу на дороге поднял, деревья раскачивал, у меня картуз с головы сорвал.

— И как дедусь заранее угадывает, какая погода будет? — удивлялась Оксана.

Я и сам не мог понять, но признаваться в этом не хотелось.

— Потому что он волшебник, — сказал, лишь бы сказать что-нибудь.

— Какой волшебник?

— Ну, тот, как его… который колдует.

— Не выдумывай, — не поверила Оксана. — Колдунов вообще нет. Это только в сказках. Нам Нина Ивановна в садике говорила.

— Ну да, нет! В городе нет, а в селе есть. Видела — у дедуся вот какие седые усы, брови мохнатые и нос длинный, как у всех волшебников и колдунов.

— Да ведь у него седые усы потому, что он старенький, — вступилась она за дедуся. — А брови и нос у папы тоже такие. Тогда и он, по-твоему, волшебник?

— Много ты понимаешь! Может, скажешь, что и с пчелами дедусь разговаривает потому, что старенький?