Я оцепенело моргнула.

Анна хочет встречаться с Кейлом и целоваться с ним? Мне это не нравится.

— Тебе пятнадцать, — сказала я, констатируя очевидное.

Анна подняла брови.

— В следующем месяце мне исполнится шестнадцать. К чему ты клонишь?

— Что значит «к чему я клоню»? В следующем месяце тебе исполнится шестнадцать, а Кейлу в следующем месяце исполнится девятнадцать, — сказала я, приподняв бровь.

Неужели она не видит, что разница в возрасте была странной? Я знала, что это всего три года, но мы все еще были маленькими девочками… Я имею в виду, не так ли? Нам было всего пятнадцать.

Элли Дэй, которая училась с нами, хихикнула, а Анна ухмыльнулась.

— Вот именно. Я всегда хотела парня постарше.

Я моргнула, не зная, как себя чувствовать.

— Кейл тебе не подходит, Анна. Он почти мужчина.

Она мечтательно вздохнула.

— Знаю. Вот почему я так сильно хочу его.

Элли все еще хихикала, так что я решила, что она была на стороне Анны. Я продолжала смотреть на Анну с шокированным выражением на лице.

— Ты такая глупая, — сказала я немного пронзительным тоном.

Я подавила желание зажать рот рукой, потому что не хотела говорить этого вслух.

Анна вырвалась из своих мечтаний о Кейле и устремила на меня свои прищуренные зеленые глаза.

— Я не глупая. Не завидуй мне только потому, что тебя зафрендзонил самый горячий парень, которого мы знаем.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, когда Элли рассмеялась. Я не знала, почему она смеялась над тем, что сказала Анна, она должна была быть моей подругой.

— Кейл не зафрендзонил меня, — сказала я, защищаясь. — Мы просто всегда были друзьями. У нас никогда ничего такого не было.

Я хотела бы, чтобы было, но это было не так.

— Ага, — сказала Анна и бросила на меня неприязненный взгляд. — Как будто он мог когда-нибудь влюбиться в кого-то, кто похож на тебя? На тебе прямо табличка «Осторожно! Уродка».

— Ненавижу, когда она так делает, — прошипел голос в моем сознании. Она обзывает меня и расстраивает всякий раз, когда злится на меня, а Элли просто сидит рядом!

Анна фыркнула.

— Как думаешь, почему, Лэйн? Ты выглядишь на восемь, а не на пятнадцать. У тебя нет сисек, на зубах брекеты, ты носишь очки, у тебя прыщи, и ты толстая. Тебе повезло, что он вообще хоть как-то признал тебя, уродливая ты корова!

— Да, — вмешалась Элли, скрестив руки на груди. — Не могу поверить, что мы вообще тусуемся с тобой. Ты такая неудачница.

Мой желудок скрутило, а сердце бешено заколотилось в груди.

— Мне пора домой, — прошептала я, быстро собрала учебники и засунула их в школьную сумку.

Не говоря ни слова и не глядя в сторону Анны или Элли, я повернулась и выбежала из комнаты. Я сбежала по лестнице, распахнула входную дверь и выбежала из сада, вниз по дорожке, прямо к своему дому. Я не останавливалась, пока не вошла в свой дом и не поднялась в ванную, где меня рвало и рвало, опустошая все содержимое моего желудка.

Меня перестало тошнить только тогда, когда я начала задыхаться. Я вытерла рот салфеткой, которую затем спустила в унитаз. Я подошла к раковине и вымыла руки. Я сложила ладони чашечкой и набрала в них воды, затем плеснула себе на лицо. Я быстро почистила зубы и прополоскала рот жидкостью для полоскания, чтобы избавиться от отвратительного привкуса рвоты во рту.

Закончив, я вытерла руки и лицо полотенцем для рук. Я поймала свое отражение в зеркале и уставилась на себя. Мой желудок снова скрутило, когда я заметила каждый изъян. Всякий раз, когда мы с Анной спорили на протяжении многих лет, она повторяла мне одни и те же ужасные вещи. Я не могла не видеть того, на что она всегда указывала. Мои дурацкие очки, мои металлические брекеты, мои прыщи, мой небольшой двойной подбородок. Я посмотрела вниз на свою плоскую грудь, затем на свой пухлый живот и снова на свое лицо.

Анна и Элли были правы: я была уродливой коровой.

Испытывая отвращение к себе, я вышла из ванной и побежала в свою спальню, но вместо того, чтобы сбежать, я врезалась головой в грудь отца, когда он вышел из своего кабинета.

— Привет, любовь моя, — просиял он. — Ты рано вернулась из дома Анны. Как прошла учеба?

Я не ответила, поэтому мой отец отвел взгляд от калькулятора в своих руках и посмотрел мне в лицо. Когда он увидел мои заплаканные щеки и покрасневшие глаза, он уронил калькулятор на пол и опустился передо мной на колени, положив руки мне на плечи.

— Что не так? — спросил он, и в его голосе послышалась тревога.

Я посмотрела на его калькулятор и вздохнула с облегчением, как только увидела на нем защитную крышку. Мой отец был бы так зол позже, если бы падение сломало его.

Я посмотрела в его озадаченный взгляд.

— Все, — ответила я срывающимся голосом.

Он слегка встряхнул меня.

— Кто тебя расстроил? Расскажи мне.

Я открыла рот в тот самый момент, когда моя мать крикнула: — Ужин готов.

Мой желудок скрутило при мысли о еде.