— Похоже на немецкий, — ответила она не уверенно, — но произношение какое-то северное, возможно датский. И он упорно называет Балтийское море, «северным полем».

— Ist das Nordfeld Ihr Zuhause? — (это ваш дом) спросила Маша, ткнув указкой в Балтийское море.

— Nar, — пожал плечами цыган.

— Что он ответил?

— Когда-то был…, - ответила переводчица.

— Очень интересно… А спросите его как у него Швеция называется?

Мария поднесла указку к Швеции. Тот обвел карандашом целиком горный массив, Швецию вместе с Норвегией и написал:

— Viking house.

— Что-то прямо фантазийное, — скептически посмотрел на карту Сергей. Он прикидывал, что докладывать Кудряшову. Вряд ли его обрадует, что цыгане пришли из несуществующей страны Northfield, которая с Севера граничит с «Домом викингов», а с юга со Словенией, которая вместо Польши. Нет, если он, конечно, не задумает утопить цыган в Балтике, как котят в ведре.

— Мария Анатольевна, как думаешь, а не морочит ли он нам голову? — обратился он к переводчице.

— Трудно сказать…. Но он пока единственный, который знает письменность, и хоть как-то понимает, что у него спрашивают.

— А это, что по-твоему? — спросил Краевский, положив пятерню на Итальянский сапог на карте.

— Romula.
– был ответ.

— Вот оказывается у меня какой полезный свояк, — произнес Сергей, — когда мой рассказ уже подходил к концу, а я хотел отойти ко сну. Поскольку после еды, внезапно понял, что смертельно устал, и поспать надо срочно.

— Скажи, а дверцу так сделать в каком-нибудь магазине или банке тоже можешь? — не унимался свояк.

— Угу… Как-нибудь сходим вместе в банк прогуляться, — улыбнулся я, тому, что где-то подобное уже слышал, — А теперь можно посплю пару часиков? Вы пока отбой там похоронам скомандуйте… И детям отбой пока не вылетели. Нечего деньги тратить, мы сами к ним придем попозже…

— Всё, Миша, иди, ложись. Мы тебе в спальне постелили… — скомандовала Ирка. И я послушно поплелся до кровати. Закрыл глаза, и стал думать, где найти такую реальность, где третья мировая не случится? Есть три времени Амаранта — поздно, слишком поздно, и никогда. Суть его учения мудрена, но в трех словах проста — все нужно делать вовремя. Очень соответствует русской пословице, готовь сани летом. Не знаю, когда побоище начнется, но лучше уйти заранее. И с этой мыслью уснул.

И очнулся уже среди шумной толпы.

Этот мир показался мне пестрым как лоскутное одеяло. Яркие, кричащие вывески. Пестрая нескончаемая толпа течет по улице. Ощущение карнавала, точнее гей-парада. Ладно, женские особи с немыслимыми стрижками и нарядами, но и мужское население, ни чем им не уступало. Порванные штаны с разноцветными нашитыми заплатками и лэйблами. Разноцветные волосы на головах, зеленые, синие, ярко бордовые. И тут я — в захудалых джинсах и прорезиненной офицерской плащ-палатке, и солдатских берцах. Никакого пирсинга на лице, никаких татуировок, да и прическа не изысканная — просто коротко, под седого ежика. Одним словом — серость. И как я не хотел выделяться из толпы и быть замеченным, но меня заметили и внезапно взяли в окружение, оттеснив к стене дома. Десять или пятнадцать парней. Один якобы нечаянно толкнул плечом, второй подставил подножку, третий добавил локтем по хребту, чтобы сразу не сбежал. А когда я уперся ладонями в тротуар и перевернулся на спину, то увидел склоненного надо мной главаря. Его ирокез, отливающий всеми цветами радуги, воинственно топорщился на голове, засунув руки в карманы, парень угрожающе навис надо мной.

— Ништяки е? Чеши репу. На мазево треба. Маета. Сечешь?

Хоть речь парня была странной, но суть я уловил без труда: Чуваку явно нужно было дать на дозу чего-то, что можно было вмазать, и в данный момент он мучился от ломки. Не знаю, что такое в его понимании ништяки, но кроме недорогих часов Casio на левой руке и смартфона в кармане джинсов у меня ничего не было. Отдать их никак не мог. Часы — подарок сына, а смартфон — дочка подарила. Других ценностей у меня нет никаких. Лихорадочно всматриваюсь в бесконечный человеческий поток на улице, и четко понимаю, судя по отсутствию реакции прохожих, меня тут прирежут в шесть секунд и никто головы не повернет. Всем плевать. А рядом с главарем у тощего парня в руках длинный и тонкий стилет, которым не то что меня, а корову можно насквозь проколоть. И не факт, что если я сейчас им отдам свои ништяки, меня оставят в живых. Надо уходить… Но как? Попробовать открыть проход в стене за спиной и как можно дольше потянуть время. Сделав вид, что я собираюсь поделиться чем-то с панком, я подтянул под себя ноги, сев на корточки, и стал стягивать с себя плащ.

— Не. Не! Покрывка не кат. Шумурдяк гонишь, — отрицательно покачал головой главарь, давая понять, что мой плащ его не интересует — Мошной тряси.

Ага! Сейчас! Так я тебе смартфон и отдам, — зло подумал я, думая, что хочет он или не хочет, но плащ мой получит. Придется им пожертвовать, чтобы отвлечь внимание. Покалывание в кончике пальцев. По пояснице протянуло холодком, проход откроется очень скоро. Тяну время! Нужно ему что-то сказать, пацаны его нервничать начали.

— Бери плащ! Ни у кого такого нет. Зашибонский плащ! Ё! — говорю я, протягивая правой рукой плащ, не столько, чтобы отдать, а чтобы отодвинуть надвигающегося на меня грудью здоровяка.

— Базлаешь херь! Ништяки гони! — рявкнул главарь.

— Прижмурь чмо! — подал голос стоящий рядом, и острое жало стилета уставилось мне в грудь.

В затылок дыхнуло сквозняком. Пора! Крутанув резко плащ и отводя клинок в сторону, бросаю плащ в лицо главарю и резко отпрыгиваю назад к стене. Падая на спину в проход, успеваю увидеть удивленные лица. Для них я пропал во внезапно образовавшейся дыре. В принципе так и есть. Дыра, это нора. А нора, это не всегда кролик…. Какой-то ученый назвал, это кротовой норой. На мой взгляд, это скорее большая безумная крыса, нарывшая туннели вдоль и поперек, с петлями образующими сложную структуру лабиринта. Кубарем качусь по туннелю. Поднимаюсь на ноги и вижу, что несколько человек все-таки кинулись за мной следом, и не только кинулись, а даже успели заскочить в тоннель до закрытия прохода. Четверо или пятеро. Но вот тут им и хана. Если я не знаю лабиринт, то все же имею представление, что это такое, а потому выход найду всегда. То они могут бродить здесь минут пять, пока поймут, что здесь нечем дышать. Кислород, попавший в лабиринт во время открытия портала, закончится, а новому взяться не откуда.