Кто-то завопил:

– Давай ещё, Фокусник!
– и в ответ на это по стенам трактира побежали белки и зайцы, на ходу превращаясь в лис и волков. Народ уже восторженно ревел, представление продолжалось. Я почувствовала горячую руку Арчи в своей ладони, снова услышав его шёпот в голове:

– Скорее, Дора ждёт нас у порога…

Для меня всё смешалось в разноцветную мелькающую картину, от которой кружилась голова. Ноги бежали за Арчи, постоянно на что-то натыкаясь, в ушах стоял шум и хлопки, словно взрывались всё новые и новые «шутихи», и когда, задыхаясь, прохрипела:

– Всё, больше не могу, - дверь, наконец, распахнулась, и мы оказались во дворе. Жадно глотала открытым ртом свежий ночной воздух, остудивший разгорячённые лёгкие, но свободнее дышать почему-то не стало.

– Что так долго, ребята?
– недовольно проворчала Дора, - бегите за мной. Ох, Фокусник, страшно подумать, что сейчас начнётся, когда вспыхнет свет, и все увидят три трупа за столом. Беда с тобой, Арчи… Скорее сюда, я открыла сарай, забирайтесь внутрь. Придётся запереть вас на замок, утром открою, - с этими словами она втолкнула нас в небольшое, тесное и очень пыльное помещение, где даже не было окон, и ушла, переваливаясь, как утка.

– Не вздумай применять магию, я уже чувствую, они близко, - срывающимся тихим голосом сказал Арчи, - сам обо всём позабочусь, такое дело.

Я даже не удивилась, когда под потолком закружили знакомые мотыльки, и волшебной свирели на этот раз не понадобилось. Света они давали мало, но его вполне хватило, чтобы рассмотреть старую кровать с накиданными на неё тюками и коробками. Арчи понял меня без слов, сбрасывая их на пол и помогая устроиться поудобнее. Перепуганная «прекрасная дама» свернулась калачиком и плакала, уткнувшись лицом в рукав костюма и чувствуя, как рыцарь закрывает меня множеством одеял и каких-то тряпок.

– Довольно, остановись - задохнусь же под ними, - я пыталась отбиваться, но Арчи с каким-то остервенением продолжал накидывать сверху вещи. В какой-то момент даже показалось, что он сошёл с ума, решив меня здесь похоронить.

Но Фокусник и сам пролез внутрь, забравшись с ногами на кровать, и поставил между нами стул, образовав что-то наподобие тряпичной пещеры.

– Во-первых, так будет теплее, попробуй уснуть, если сможешь. Во-вторых, в этом маленьком пространстве я постараюсь замаскировать нас своей… ну, назовём это «особенной магией». То, что те, кто нас ищут, придут сюда, сомнений нет, такое дело. Надеюсь, они нас не почувствуют, в любом случае, веди себя тихо.

Я перестала плакать, внимательно прислушиваясь к его словам.

– Магия? Эти твои странные способности– тоже магия?
– шептала я.

– Если хочешь, можешь это так называть. Понимаешь, я не знаю заклинаний и никогда не учился ничему подобному. Однажды, ещё в детстве, был грех: украл у книжника рукопись, думал, сам смогу в ней разобраться. Но там были слова на непонятном языке, и в результате эта книга так и лежит бесполезным грузом в моём мешке.

– Но твои способности удивительно похожи на «природную» магию, мне о ней рассказывал учитель. Её практикуют где-то очень далеко, она - редкое, почти неизученное явление.

– Может, и так - к сожалению, спросить не у кого. Я уже говорил тебе, что, вероятнее всего, родом из Королевства пожирателей Чёрной Луны. Кто-то вывез меня оттуда через пустоши и бросил в горах, на дороге, в довольно безопасном месте у человеческого поселения. Значит, хотел, чтобы я выжил. Как знать, может, родители были природными магами и учили сына этой науке - ничего об этом не помню. Способности проявлялись с детства постепенно, и со временем, наверняка, я ещё многое смогу…

Вдруг он замолчал, и я замерла, почувствовав, что сейчас нам грозит опасность. Арчи шепнул:

– Сиди тихо, что бы ни происходило.

Раздался удар металла о металл, и дверь заскрипела. Даже под кучей одеял меня коснулся поток холодного воздуха - кто-то сломал повешенный Дорой замок. Ледяной голос Дона спросил:

– Марк, ты их чувствуешь?

– Нет, Донни, но то, что сидит внутри, кричит:

– Франни близко!

– И что нам делать, брат, мой демон требует, чтобы я всё тут сжёг…

– Нет, Донни, надо сопротивляться, мы и так натворили дел: наши грехи растут, и я не знаю, как теперь их искупить.

Я слышала тяжёлое дыхание Дона и его стон:

– Ладно, попробуем ещё потянуть время, но с каждым днём я становлюсь слабее, а эта тварь внутри растёт. Она уже управляет моими словами и руками, мы обречены, Марк. Когда же Франни решится и прикончит нас обоих?

Они вышли наружу, хлопнув дверью, а я заплакала, закрыв рот руками. Арчи не утешал, видимо, не зная, что сказать. Его голос пришёл ко мне не сразу, словно издалека, и был полон раскаяния: