Я прокручиваю в голове разные варианты.

Обратиться к друзьям? Отчим Кати серьезный человек. Подруга сама предлагала помочь. Но сейчас они улетели в Австралию. На месяц.

Конечно, я могу и так обратиться к ней. Просто договориться насчет машины, которая за мной приедет, раз службы такси не принимают заказ. Или я могу позвонить другим подругам.

Лика сейчас в городе. Настя… хотя Настя может на месяц пропасть, никому не отвечать, когда у нее начинаются показы в модельном агентстве.

Но теперь возникает стойкое ощущение, что никто меня из тюрьмы не выпустит. Машина приедет, а вот я сама выйти не смогу.

Черный управляет охраной. Заказывает “девочек”. Слишком много влияния у этого зэка.

Выключаю воду, тянусь за полотенцем. Вытираюсь насухо, набрасываю халат. Обнимаю себя руками, нервно кусаю губы.

Чего я жду? Надо набрать Катю прямо сейчас. Да, я привыкла решать проблемы сама, но сейчас не тот случай, когда я могу одна со всем справиться.

Пока ясно одно: дальше станет хуже.

Привожу себя в порядок, быстро одеваюсь и беру телефон. Застываю, глядя на экран мобильного.

“Нет сети”.

Выключаю мобильный. Снова запускаю. Картина не меняется.

Тут в памяти всплывает разговор перед самым началом практики.

— Только смотри, у нас часто связь пропадает, — говорит Светлана Викторовна, когда я выясняю детали насчет будущей работы. — По несколько дней может не быть. А еще доступ к Интернету ограничен. Режимный объект, сама понимаешь.

Тогда это не показалось подозрительным.

Тюрьма же за городом. Местность такая, что вокруг лес, а до ближайшей деревни больше сотни километров. Да и меры безопасности нужно учитывать.

Я еще родителей предупредила. Объяснила, что могу не звонить несколько дней. Поликлиника в селе, а в том районе совсем слабое мобильное покрытие.

Только связь была. Отличная связь! До этого момента.

Эмоции переполняют, и я не могу сдержаться. Выхожу в коридор и подхожу к охраннику.

— А что со связью? — спрашиваю.

— Сеть пропала, — пожимает плечами. — Тут как дождь идет, так и все. Напрочь отрубает.

Интересно. Только дождя нет.

— А это… разве безопасно? — поджимаю губы.

— Ну так начальство по спутниковым телефонам может пообщаться, — хмыкает. — А нам и не надо.

Прикусываю язык, чтобы не попросить у него мобильный. Понимаю, это бесполезно. Охранник откажет.

Возвращаюсь в свою комнату.

Как быть теперь?

Ледяное осознание накатывает волнами. Предчувствие не обмануло. Меня действительно никто не собирается отсюда выпускать.

Надо искать другой путь. Но в голову ничего не приходит. Ни единой идеи. Продолжаю вертеть телефон. Выключаю и включаю снова, будто надеюсь на чудо.

Засыпаю под утро. Проваливаюсь в сон от усталости. Сама не замечаю, как это происходит. Закрываю глаза — и вздрагиваю от звона будильника.

Сколько я проспала? Час? Нельзя так. Будет трудно соображать. А сейчас мне нужно собраться, сосредоточиться.

Я иду в кабинет. И по дороге туда происходит дежавю.

— Срочно! — бросается ко мне охранник. — В операционную.

Хмурюсь. Это не тот мужчина, который ночью привел меня к Черному, но доверия все равно не чувствую.

— Что такое? — спрашивает он. — Давайте быстрее. Если тот ушлепок сдохнет…

Замолкает. Бледнеет. Тут я перевожу взгляд и замечаю на его руках кровь. Много крови. Вряд ли это часть трюка.

— Что произошло? — задаю вопрос, пока мы идем вместе по коридору. — Расскажите мне все подробности, которые знаете.

— Ножевое, — бормочет. — Много ножевых. Там кровища в разные стороны хлестала. Кишки наружу. Вы такое сможете зашить? Светка, дрянь такая, пропала.

Дверь операционной открыта. Слышу, как начальник охраны отчитывает своих подчиненных.

— Дебил! Башкой отвечаешь. Какого черта вы его в ту камеру отправили? Я же четко объяснил. Беречь. Охранять от всех. В одиночку кинуть. Совсем мозги растеряли? К нашему маньяку определили?

— Да это… случайно вышло…

— Знаю я ваше “случайно”. Если этот утырок откинется, сами будете объяснять, в чем проблема. Простейший приказ не можете выполнить.

— Ну он оклемается. Сейчас заштопают и…

— Я тебя сейчас заштопаю, идиот. Ты хоть знаешь, кто с ним говорить собирался? Вот ему и расскажешь, как вы так обделались. Вот перед ним и ответишь по полной. Все, проваливайте. Оба!

— Но Черный не…

— А я не про Черного! Здесь и другие есть.

— Другие?