— Пойдёт, бать, забираем. Давай дальше по списку. Что ещё удалось достать?

Игорь Борисыч с довольной рожей кивнул — видать переживал, что из-за трещины сынок начнёт носом вертеть или торговаться.

— Дальше у нас перчатки, — заявил бывший физрук.

Игорь Борисыч достал из сумки пару кожаных перчаток, заметно так бывших в употреблении. Всучил Сане.

— Во, держи, знаешь че за перчатки? — улыбнулся.

— Просвяти, не в курсах.

— В них Костик Цзю по юниорам чемпионат СССР взял, пару лет назад. Это восходящая звезда, легковес. Мне мужики все уши прожужжали — Цзю, Цзю.

— Круто. А где ты его перчатки взял, бать?

Костю Цзю Саня понятное дело знал. И не просто знал, а не так давно ездил в зал к Константину поработать над ударкой. Там в будущем Цзю уже был живой легендой, членом зала боксерской славы, ну и феноменальным тренером.

— Там где взял, там больше нет — в 86 году по юниорам у нас в городке пацанята бились. Я ещё тогда со вторым тренером сборной выпивать ходил... — батя махнул рукой, видать припоминая что-то своё — дела давно минувших дней, так сказать. — Короче перчатки отлётные. Ты своему кенту так и скажи.

— Агась. Скажу обязательно.

Саня с грустью посмотрел на перчатки, повертел, покрутил с разных сторон оценил. Даже если легенда бати о «чемпионском прошлом» этих перчаток правда, во что кстати Пельмень не особо то и верил, толку только? Может перчатки будут иметь (имей они ценность сейчас, и батя бы их ни за что не отдал) ценность в будущем, то наступит это будущее ой как не скоро. Сейчас же перед Пельменем были всего лишь старые перчатки, фактически отжившие свой без того короткий век.

Учитывая, что советские перчатки для бокса в принципе не отличались удачной конструкцией и живучестью, эти перчатки можно было смело переводить в разряд ненужного хлама... пропахшего потом чемпа.

Из конструктивных ляпов сих перчаток, Саня выделил — короткую манжету, заходившую за лучезапястный сустав всего сантиметров на пять. Это недоработка приводила к надобности шнуровки на суставе и полному отсутствию его фиксации. Кисть станет болтаться, как гавно в проруби, что непременно приведёт к травме, стоит выбросить удар не под прямым углом.

Но это пол беды.

Хотя придётся отвлекаться и заморачиваться каждый раз, когда собираешься наносить жесткий акцентированный удар.

Есть вторая проблема — дерьмовое распределение в перчатке внутренней набивки. По умолчанию в советских перчатках порядка 12 унций, что при спарринге приемлемо (не подушки, но и не кувалды), если не важный нюанс. Ударная поверхность, отвечающая за амортизацию и защиту руки, имела ту же толщину, что в перчатках на 8 унций. А такие уже использовались в профбоях (любители брали и 14, и 16 унцовые подушки). Когда же набивка перчаток, будучи никак не зафиксирована, начинала произвольно мигрировать... короче те перчатки, которые приволок в бауле батя, имели в лучшем случае параметры 4-х унцовых аналогов из мира смешанных единоборств. Потому сейчас перчатки по свойствам мало чем отличались от маминых кожаных перчаток, висевших в гардеробе.

Пельмень примерил перчатку. Понятно, что в Цзю вдвое меньше веса и размер кулака хошь не хошь, а уступает кулаку Пельменя, но чем черт не шутит. Руку после некоторых потугов, удалось втиснуть внутрь. Сидела перчатки внатяг, но сидела ведь.

Правда в месте, где производилась шнуровка, края перчатки не соединялись совсем. Саня сжал-разжал кулак, прикидывая как сидит в перчатке рука. Со стороны ладони почувствовал «валик», предназначенный для удобства сжимания руки в кулак. При помощи этой штуки можно было добиться также дифференцирования силы удара. Но опять таки — теория в случае с советскими перчатками расходилась полностью с практикой. Эта часть перчатки оказалась помещалась у средней фаланги и была настолько тонкой, что задумка сходила на нет.

Пельмень усилием снял с себя перчатку.

— Пойдёт бать, забираем. Цзю отбился и мы побьёмся.

Саня понимал, что даже новые перчатки если их удастся достать все равно превратятся в такие же тряпки всего через несколько тренировок. Как выступали в таком ребята, при этом не ломались сами и не калечили оппонента — загадка.

— Так, что там у нас по списку дальше? — Игорь Борисыч вернулся к сумке.

— Бинты.

— Угу, бинты. С этим возникла проблема, но я достал. Как говориться, где наша не пропадала.

На диване появились сразу две бобышечки с эластичными бинтами. Обе воняющие мазью троксевазин, с характерными желтоватыми разводами.

— Бать это вообще че? Ты откуда бинты такие взял?

— Секрет фирмы, а фирма секретов не выдаёт, — заявил Игорь Борисыч.

Пельмень смутно припомнил, что в таких бинтах ходила бабка соседка, перебинтовывая варикоз.

— Их не схватятся?

— С чего бы, — батя даже рожу от обиды скорчил, что сын его в нечистом подозревает. — Разок стирануть с хозяйственным мылом и муха не сидела.