— Брайтон.

Я медленно повернула голову налево. Кайден сидел, подперев руками подбородок. Он выглядел… ужасно. Его обычно гладкие волосы выглядели так, словно он проводил пальцами по прядям сотни раз. Под глазами у него залегли тени, а губы напряглись. Злое чувство дежавю ударило меня. Не так давно мы оказались в подобной ситуации, но на этот раз всё было по-другому. То, как он смотрел на меня, было… Это было неправильно.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

Мои губы пересохли, когда я обдумывала его вопрос. Живот не болел, и меня не рвало.

— Хорошо, — Мой голос был хриплым. — Я думаю.

Он протянул руку, взял кувшин и налил стакан воды.

— Тебе следует это выпить.

Я взяла воду, радуясь прохладному приливу к шершавому горлу. Это помогло немного рассеять туман, который, казалось, всё ещё заполнял мой разум. Я бы выпила всю чашку, если бы Кайден не ухватился за дно стакана и не оттащил его.

— Думаю, сейчас этого тебе достаточно. — Он поставил чашку на стол. — Люси предупреждала, что твой желудок может быть чувствительным.

— Что… что случилось?

— Тебя отравили.

Я напряглась. Ребёнок.

— Значит, услышанное не было плодом моего воображения?

— Нет. — Он наклонился вперёд, опустив руки между коленями. — Это было сделано с помощью цветка, похожего на Пеннироял, найденного в Ином Мире. Фейри часто используют его в качестве порошка при воспалениях или ушибах. Мы полагаем, что он был в содовой.

Я пыталась осмыслить то, что он говорил.

— Все?

Он кивнул.

— Остальные напитки уже изъяты и проверяются, но те, что были у Фабиана и Калена, тоже имели следы.

— С ними всё в порядке?

— На них не подействует такое вещество.

— Потому что они Фейри?

На его челюсти дёрнулся мускул.

— Потому что ты беременна.

Я сделала неглубокий вдох, но он ни к чему не привёл.

— Цветок, употребляемый в больших количествах, может вызвать выкидыш у будущих матерей, — продолжал он странно ровным голосом. — Люси считает, что это повлияло на тебя больше, потому что ты в основном человек, тем самым вызывая рвоту и припадок. — Он глубоко вздохнул. — И она считает, что именно поэтому ты выжила. Кто-то полностью человеческий не смог бы. Какое-то время ты будешь слаба. У тебя могут быть ещё припадки, но она верит, что ты полностью выздоровеешь.

Где-то в глубине моего сознания всплыло, что он, должно быть, рассказал Люси о Летнем Поцелуе, но в данный момент это не имело значения. Его черты расплылись, когда слёзы наполнили мои глаза. Мой мозг работал неправильно. Часть меня знала, что я не хотела, чтобы Кайден узнал об этом. Как я планировала любой разговор о ребёнке, но я должна была знать. Несмотря на то, что я была в ужасе, я должна была знать.

— Я… я всё ещё беременна? — прошептала я.

Его глаза на мгновение закрылись.

— Яд вызвал у тебя схватки, которые привели к разрыву, а затем к кровотечению. Люси смогла быстро вывести яд из твоего организма.

Я чувствовала, что дрожу, пытаясь приготовиться к неизбежному.

— Как только ты стабилизировалась, она смогла проверить… ребёнка. — Его горло сжалось от глотка. — Люси не нашла никаких тканей в твоём кровотечении. Она сделала УЗИ… сонографию… чтобы проверить сердцебиение. — Он судорожно вздохнул, его глаза встретились с моими. — По словам Люси, ребёнок невероятно волевой и решительный, чтобы родиться.

Я моргнула один раз, потом второй.

— Ч-что?

— Ты не потеряла ребёнка. По крайней мере, не сейчас, — объяснил он. — Она сказала, что эта беременность высокого риска и что за тобой нужно следить, но она довольно-таки оптимистична.

— Я… Я… — Ошеломлённая, я не могла найти слов, так как росло недоверие. — Я всё ещё беременна?

Кайден кивнул.

Слёзы хлынули так быстро, что я закрыла лицо руками. Облегчение и счастье оказались намного сильнее, чем сокрушительный ужас и страх. Я не могла в это поверить. Этот ребёнок пережил Арика и отравление. Волевой — это ещё мягко сказано.

— Это слёзы счастья? — спросил Кайден. — Или разочарования?

Я отдернула руки от лица.

— Что?

— Я думаю, это хороший вопрос, — сказал он. — Потому что я не знаю, радуешься ты или огорчаешься, узнав, что всё ещё беременна.

— Я счастлива, — сказала я ему, потрясённая. — Почему ты вообще об этом спрашиваешь?

— Почему? — Он издал резкий, короткий смешок. — Откуда мне знать, о чём ты думаешь? Ты всё это время знала, что беременна. Точнее, одиннадцать недель. Кстати, Люси смогла окончательно подтвердить.