— Конечно. Мне… мне нужно поговорить с его отцом и проверить, как там его мать, — сказала она.

— Иди, — тихо произнёс Кайден. — Я буду ждать вестей.

Фэй тихо вышла из комнаты, Кален не сводил с неё глаз, пока он открывал свою содовую.

— Извините. — Люси откинулась назад, руки упали на колени. — Жаль, что у меня нет больше информации. Что-то лучшее, чем недостающее звено.

— Как я уже сказал, это больше, чем мы знали раньше, — сказал ей Кайден.

— Он прав, — согласился Рен. Я думаю, это был Рен. А может, это был Фабиан. Я была не уверена.

Я чувствовала себя… странно.

Как будто в каком-то странном пространстве, как несколько лет назад, когда я ужинала с мамой. Это была хорошая ночь. Она была сама собой, и мы отправились в одно из её любимых мест с морепродуктами. Креветки были испорченными или что-то в этом роде. Через час после еды я заперлась в ванной. Вот, что я чувствовала сейчас.

Но я ничего не ела с самого завтрака и не чувствовала, что мне нужно в туалет. Пот выступил у меня на лбу.

— Это только мне кажется, — услышала я голос Калена, возможно, обращенный к Фабиану, — или эта содовая странная на вкус?

Острая судорога пронзила мой живот, заставляя меня откинуться на спинку кресла. Ещё одна острая боль пронзила мой живот. Это было похоже на судороги при месячных, но на стероидах.

— Брайтон? — Кайден повернулся ко мне. — Ты в порядке?

— Да, — выдавила я, дыша сквозь пульсирующую боль. — Я просто…

Таннер, сидевший напротив меня, нахмурился.

— Ты плохо выглядишь, Брайтон.

Я плохо себя чувствовала. Во рту странно пересохло, и я потянулась за содовой.

Кайден начал подниматься, но Кален вскочил на ноги с бутылкой в руке.

— Не трогай! — крикнул он. — Не пей больше.

Вздрогнув, я отдёрнула руку.

— Ч-что?

— Что происходит? — спросил Кайден.

— У содовой не тот вкус, — сказал Кален, ставя бутылку на стол. — Какая она на вкус тебе, Брайтон?

Сердце подпрыгнуло, я прижала влажные руки к животу. Мои внутренности как будто сжимали в кулак.

— Я не знаю. Мне показалось, что на вкус она как диетическая.

— Как искусственный подсластитель? — Люси оттолкнулась от своего места, её бледные глаза расширились. — Может немного мяты?

— Да, — кивнула я, когда Кайден опустился на колени рядом со мной. — Я имею в виду, что не пробовала мяту, но… — Но теперь, когда я подумала об этом, это могло быть похожим на то, что я ощутила, но не могла определить.

— Чёрт, — выдохнул Кален, когда Фабиан взял свою бутылку и понюхал её.

— Что, чёрт возьми, происходит? — спросил Рен, когда Люси поспешно обошла стол.

— Я согласен с этим вопросом, — сказал Кайден. — И я тоже хочу знать, что, чёрт возьми, происходит.

Люси проскользнула в пространство между моим и Рена стульями.

— Тебе плохо? — Она положила руку мне на лоб. — Тошнит? Судороги?

— Я… — Мне было трудно сглотнуть. — Да.

Её лицо напряглось, а затем разгладилось, когда она посмотрела на Кайдена.

— Мне нужно, чтобы ты отнес её в лазарет.

— Что… что происходит? — прошептала я, когда Рен поднялся, давая нам пространство.

Люси не ответила.

— Позволь мне осмотреть тебя.

— Клянусь, — прорычал Кайден, — Если мне придётся ещё раз спросить, что происходит, никому в этой комнате это не понравится.

— Я знаю, что у тебя есть вопросы, но сейчас важно, чтобы мы доставили её туда, где я смогу осмотреть её. — Люси выпрямилась, спокойная и собранная, когда её взгляд встретился с моим. В следующую минуту она вновь заговорила, и в том, что она не сказала, был целый мир смысла. — Мне нужно осмотреть тебя, Брайтон. Наедине.

Наедине.

Я посмотрела на Кайдена, черты которого стали суровыми. Наедине. Понимание отразилось на его лице, и моё сердце бешено забилось.

Ребёнок.

Паника вонзила в меня свои ледяные когти. Я вцепилась в подлокотники кресла, и тут я почувствовала… странное ощущение влажного тепла.

Резко поднявшись, я отодвинула кресло. Кто-то говорил. Это был Кайден. Его рука лежала на моей руке, беспокойство наполняло его золотистые глаза.

Мой желудок сжался. Другого предупреждения и не надо было. Не остановить того, что будет дальше. Всё, что я смогла сделать, это отвернуться, прежде чем моя пищеварительная система взбунтовалась. Я согнулась пополам, глаза и горло защипало, когда всё, что я съела за последний день, болезненно вывернулось.