— Хорошо. Я притянул ее в свои объятия, не желая, чтобы она уходила.

— На самом деле, мне понравилось, что ты был властным со мной. Это было горячо. Она сделала паузу. — Хотя ты задолжал довольно много денег вон тому банку ругательств.

Я закружил ее в своих объятиях, крепко прижав ее руки к телу, чтобы она не могла вырваться, и прошептал ей на ухо. — Тише, малышка. Если ты хочешь быть со мной, тебе придется терпеть мои грязные слова.

Она хихикнула. — Ты же знаешь, что мне это нравится.

Я застонал. — Боже, как бы я хотел, чтобы ты осталась у меня. Я так много всего хочу с тобой сделать.

В следующий раз, — сказала она. Так что не забудь, что ты хочешь.

— Ни единого гребаного шанса, что я забуду — прошептал я ей на ухо.

* *

Я прогрел ее машину, пока она надевала сапоги и пальто, а затем провел ее по обледенелой дороге, держа ее руку в своей.

— Ты даже не надел пальто, — сказала она, дрожа, пока мы осторожно пробирались к улице. — Ты замерзнешь.

— Я в порядке, — сказал я ей, наблюдая, как наше дыхание ударяется о холодный воздух теплыми белыми струйками. — Но меня тошнит от этого холода.

— Меня тоже. Снег красивый и все такое, но хватит уже. Я бы хотела уехать в отпуск.

— Я тоже, — проворчал я ворчал, когда мы дошли до машины. — Куда-нибудь в жаркое и солнечное место.

— Да! Пляж с милями белого песка. Прозрачная голубая вода. Тропические напитки с маленькими зонтиками.

— Я ни за что не стану пить то, в чем есть гребаный зонтик. Но пляж звучит неплохо. Я открыл для нее дверь со стороны водителя.

— Правда? Она быстро чмокнула меня в губы. — Давай сделаем это. Давай сбежим.

Я рассмеялся. — Давай. Я думаю у меня получится где то между фортепиано по вторникам, балетом по четвергам и показом мод матери и дочери, в котором я согласился участвовать.

Она разразилась смехом. — Что? Я об этом не слышала.

— Милли. Я покачала головой. — Она спросила свою маму, а та отказала ей, поэтому мне стало стыдно, и я предложил поучаствовать в место ее матери.

— Когда это будет?

— В выходные после свадьбы, я думаю.

— Это так мило с твоей стороны. Она заколебалась. — Если ты действительно не хочешь, я не против сделать это с ней.

Я помрачнел. — Ты не представляешь, как меня тянет сказать "да". Но я обещал ей. Я хочу, чтобы она знала, что у нее есть один родитель, на которого она может положиться. Что не все, кого она любит, бросят ее.

Она поднялась на цыпочки и снова поцеловала меня, положив одну руку мне на щеку. — Ты хороший человек, Деклан Макаллистер.

— Я стараюсь.

— Завтра я уезжаю. Тебе что-нибудь нужно? Хочешь, я побуду с Уинни, пока ты сходишь за девочками? Так тебе не придется тащить ее по такому холоду.

Я покачал головой. — Ты так много сделала для меня на этой неделе. Ты заслужила хотя бы один выходной.

Она села за руль и улыбнулась мне. — Мой номер в блокноте у телефона. Дай мне знать если что.

— Спасибо. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи. Она захлопнула дверь, пристегнула ремень безопасности и отъехала, послав мне воздушный поцелуй через плечо.

Засунув руки в карманы, я на мгновение замер в темноте и смотрел, как она уезжает, представляя, как мы вдвоем остаемся наедине в каком-нибудь тропическом раю. Лежим на песке. Целуемся в океане. Прогуливаясь по пляжу при свете луны. Бесконечные ночи в объятиях друг друга, наши тела, горячие, запутанные в прохладных простынях. Ни о чем не заботясь в мире.

Жаль, что это никогда, блядь, не произойдет.

На следующие утро Мак позвонил мне еще до того, как я встала с постели, и номер на экране определился как его сотовый. — Ты нашел свой телефон, — сказала я, мой голос был низким и хриплым.

— Он был в моей машине, под водительским сиденьем.

— Хорошо. Как Уинни?

— Она в порядке, чертовски раздражительна, но это и понятно. Он вздохнул. — Мне неловко просить тебя об этом, но она не хочет садиться в машину, а я к полудню должен забрать Милли и Фелисити.

— Не нужно больше нечего говорить. Я перекинула ноги через край кровати. — Я быстро приму душ и приеду к тебе.

— Ты лучшая. Задняя дверь открыта.

Когда я пришла к Макку, мои волосы были еще влажными. Он встретил меня на кухне и взъерошил их. — Ты скучала по мне сегодня утром?