– Я не… - сердито шипит Яна. 

– А еще надо запустить котика, - раздается голос Елены Викторовны. 

– Я буду котиком!
– заявляет мой находчивый сынок. 

Падает на четвереньки и, мяукая, переползает через порог. 

Мы все хохочем. 

– Ну вот, все обычаи соблюдены. 

– Отпусти меня, - вспоминает Яна. 

А мне так не хочется… Она держала меня за шею! И даже не почти не шипела и не царапалась. 

– Дурдом какой-то, - бормочет Яна, оказавшись на полу. 

Но улыбается. 

– Выбирайте себе комнаты, - говорю я. 

Матвей уже носится по квартире. Залетает в детскую. 

– Это будет моя комната! 

– Правильно угадал, - киваю я. 

– Какая красота!
– восклицает Елена Викторовна.
– И чистота стерильная…

– Я вызывал клининговую службу, поэтому да - все стерильно. 

– Сейчас Матвей тут нарушит всю стерильность…

– Да на здоровье. Я заказал уборку два раза в неделю. Нормально? 

– Как уборку? Разве мы сами не уберемся? 

– Я много работаю. 

– Да я не о тебе!
– фыркает Елена Викторовна. 

– Яна тоже. На вас Матвей. А квартира большая. Пусть уборкой занимается помощница по хозяйству. 

– Не привыкли мы к таким буржуйским порядкам, - бормочет Елена Викторовна. 

Но, мне кажется, голос у нее довольный. 

А я уже в детской.

– На этой стене можно рисовать, - говорю я Матвею.
– Вот, смотри.

Я беру мел и рисую смешную рожицу. 

Матвей радостно хватает второй кусок мела и рисует какую-то загогулину. Потом пририсовывает к ней точки, палочки…

– Это ты. Мой папа. 

– Очень похож, - раздается голос Яны. 

– А это я. 

Рядом с первым монстриком из кружков и палок появляется второй. Они переплетаются палками. Видно, это означает, что они держатся за руки. 

– Классный рисунок! 

– Мама решила поселиться в гостиной, - говорит Яна.
– А ты…

– Я спал на диване в кабинете. Так что супружеская спальня с огромной кроватью достается тебе. 

– Отлично. Люблю большие кровати. А тебе удобно на диване? 

– Я тоже люблю большие кровати… - многозначительно произношу я. 

– Могу уступить. 

– Спасибо, не надо. А, чуть не забыл. У меня для тебя есть подарок. Пойдем. 

Я беру Яну за руку и веду в кабинет. Достаю из письменного стола маленькую коробочку и вручаю ей. 

– Представляешь, я еще не видел твоего голубого платья, но мне сразу показалось, что они тебе подойдут…

– Что это? 

Яна отдергивает руку от подарка.

– Не бойся, не бомба. Просто я как-то бродил по торговому центру и увидел… Открой! 

Яна неуверенно берет коробочку и открывает ее. 

Там серьги с сапфирами и бриллиантами. Я купил их в те дни, когда маялся тут один, без Яны. 

– Кир, зачем?!
– восклицает она. 

– Мне хочется чем-то тебя порадовать. 

– Достаточно того, что ты снял для нас шикарную квартиру. Спасибо. Я их не возьму. Сдай обратно. Надеюсь, у тебя сохранился чек?

Да какой нафиг чек? 

– Не нравятся - выброси, - сквозь зубы бурчу я и выхожу из комнаты. 

Вижу, что мой подарок остался на столе...

Ночь. 

Я проснулся… сам не знаю, почему. Меня разбудил какой-то звук… 

Плач. Это был детский плач - доходит до меня. 

Я подрываюсь и бегу по коридору. Залетаю в детскую. При слабом свете ночника вижу, что в кроватке пусто.

Несусь в спальню к Яне. Распахиваю дверь. И вижу, что Матвей лежит в ее кровати. Кажется, спит. 

– Что случилось?
– спрашиваю я шепотом. 

– Ему страшный сон приснился и он прибежал ко мне. И почти сразу вырубился. 

– Отнести его в детскую? 

– Отнеси. Пусть привыкает. Иначе потом опять отучать…

Я аккуратно беру своего сына на руки. Какой он легкий! Волосы пахнут молоком. Глаза закрыты, но он что-то сонно бормочет, пока я его укладываю. 

На несколько минут я задерживаюсь в детской, чтобы убедиться, что Матвей больше не проснется. 

А потом выхожу в коридор и вижу слабый свет на кухне. 

Заглядываю - там Яна. Включила освещение над плитой, я даже не знал, что у вытяжки есть такая функция. И поставила чайник.