Шрифт:
– А мои, наоборот, в Москву собрались, - сердито бурчит моя мама.
– Нет, там, конечно, хорошо, - произносит Настя.
– Столько возможностей… Театры, музеи, выставки… Вот только ходить туда некогда. Когда мы приезжали в Москву на неделю, я везде успевала. А когда переехали жить... не знаю, может раз в год и попадали в театр.
– Зато там интересная работа, - говорю я.
– Это да. Вполне вероятно, что вам там будет хорошо… А вы в каком районе живете?
– Вообще мы с Киром не вместе, - пытаюсь внести ясность я.
– В смысле мы не пара. Хотя будем жить в одной квартире. Но это временно. В общем, все сложно!
– Понимаю… Жизнь вообще сложная штука.
– Ой, не надо, - машет рукой моя мама.
– Ничего сложного.
– Да, на самом деле, все просто, - соглашается Настя.
– Ты или хочешь быть с этим мужчиной, или нет. Все остальное мелочи.
– Твой-то, бедняга, смотрит на тебя больным сусликом, - неожиданно встревает тетя Оля, обращаясь ко мне.
– Как смотрит?
– не понимаю я.
– Так, как будто без тебя ему солнце не светит.
– Ага, поэтому и укатил на три года, ни в чем разобравшись, - не удержавшись, бурчу я.
– Молодые суслики ужас какие бестолковые. Но твой перспективный. Из него нормальный муж получится. Если попадет в правильные женские руки.
– Пусть попадает. Я-то тут при чем.
– Не нужен?
– спрашивает тетя Оля с улыбкой.
– Не-а.
Я сердито повожу плечами.
И все они - мама, Настя, тетя Оля вдруг начинают хохотать…
Мы с трудом разлучаем Дашу и Матвея. От рева спасает только то, что оба сонные. Кир берет Матвея на руки и в такси тот вырубается у него на плече.
Он заносит его домой, мы вместе его раздеваем и укладываем. А потом Кир выдает:
– Устал, как собака, просто с ног валюсь. Можно я переночую у вас на диванчике?
47
Кирилл
Она не оставила меня вчера ночевать. Сказала:
– Я вызову тебе такси, если ты так устал, что не можешь сделать этого сам.
Блин.
Такая романтичная ночь! Мы шли к входной двери через темную гостиную, залитую лунным серебром.
Яна впереди меня.
Я жадно пожирал глазами ее стройный силуэт. Рыжие волосы… Длинные ноги… Голая спина, которую ласкает лунный свет. А должен ласкать я!
Моя рука тянется к нежной коже. Я почти касаюсь ее. Говорю:
– А помнишь, как мы танцевали на крыше…
– Не помню!
Я беру Яну за руку и дергаю к себе.
Я заранее подготовился, наслушавшись советов Пирата. Сейчас мне осталось лишь нажать кнопку телефона - и заиграла медленная романтичная мелодия.
Моя ладонь, наконец, касается обнаженной спины Яны. Я притягиваю ее к себе и утыкаюсь лицом в мягкие волосы, пахнущие морем.
Танцы в лунном свете… что может быть романтичнее? Но в Яне нет ни капли романтики.
Она отталкивает меня.
– Езжай проспись! Ты пьяный!
– Разве что от тебя, - шепчу я.
Какой, нафиг, пьяный! Я за весь вечер выпил от силы три бокала. Ну ладно, может, пять.
Но пьян я не от этого!
– Ты думаешь, раз снял нам квартиру, я должна с тобой спать?
– внезапно выпаливает Яна.
Ах, вот, что у нее в голове! Сама себе что-то придумала, сама обиделась... Женщины!
– Я тебя не в постель приглашаю, а танцевать. А все остальное… когда сама захочешь.
– Это вряд ли, - бурчит Яна.
Я видел, что ей самой неловко за эту вспышку. Она проводила меня до двери, больше не проронив ни слова.
– До завтра, - произнес я на прощанье.
– Заеду за вами на такси в десять. Или приехать пораньше?
– Приезжай в десять, - Яна и захлопнула дверь.
И вот мы дома. Немного уставшие после перелета. А некоторые - перевозбужденные тем, что впервые летели на самолетике выше облаков.
Мы поднимаемся на лифте в нашу новую квартиру. С двумя чемоданами. Остальные вещи прибудут через пару дней, переездом занимается транспортная компания.
– А вот и наша квартира, - я распахиваю дверь.
И резко, без предупреждения, подхватываю Яну на руки.
– Ты чего!
– возмущается она.
– Откуда-то я помню, что свою женщину надо заносить в новое жилище на руках.