— Я знаю.

— Я задействовала многочисленные чары и могу заверить тебя в том, что этот Коготь Шарона, который, возможно, когда–то продлевал тебе жизнь, больше тебе не поможет. Раскол уничтожил его магию, если в нем когда–то и заключалась такая магия.

— Я знаю.

— Вполне может случиться так, что сегодня ты умрешь, — повторила она.

— Я знаю.

— Или убьешь этого дроу, которого называешь своим другом.

— Я знаю.

— Знаешь? Ты твердо уверен в этом? — настойчиво спросила Ивоннель, подойдя к ассасину вплотную. — Если ты колеблешься, если у тебя есть какие–то задние мысли, если ты нечестен и неискренен, тогда все будет напрасно. Ты потерпишь поражение и погибнешь, а Дзирту не станет лучше — напротив, твоя жалкая неудача может привести к тому, что он тоже погибнет, навсегда.

— А тебе–то до нас какое дело?! — прорычал Энтрери. — Кто ты такая? Мне сказали, что ты дочь Громфа, но он к тебе совершенно равнодушен — даже не снизошел до того, чтобы телепортировать нас сюда. И еще мне сказали, что ты должна была стать Верховной Матерью Мензоберранзана, проклятой служанкой богини Пауков…

— Следи за тем, что говоришь, — предупредила его Ивоннель таким тоном, что Энтрери одумался и заговорил более спокойно.

— Я просто не пойму, с чего бы это Верховной Матери заботиться о судьбе Дзирта До’Урдена, отступника, падшего существа, — процедил он.

— Я — не Верховная Мать.

— Но ты могла бы ею стать.

— Это верно. Мне стоило лишь сказать одно слово. Но я отказалась. Уже одно это должно дать тебе понять, в чем дело.

Энтрери пожал плечами и раздраженно вздохнул.

— Так почему тебя тревожит его судьба?

— А тебя?

— Ты не можешь просто взять и ответить на мой вопрос?

— Ответь сначала себе, и ты поймешь. Я уверена, что наши мотивы очень похожи.

Эти слова заставили Энтрери смолкнуть. Он отступил, тряхнул головой, пытаясь найти в происходящем хоть какой–то смысл. Дзирт был небезразличен ему потому, что однажды дал ему, ассасину, зеркало и заставил его честно взглянуть на собственное отражение.

Небезразличен потому, что пример Дзирта когда–то помог Энтрери измениться, и теперь бывший безжалостный убийца мог смотреть на себя в это зеркало, не испытывая отвращения.

Он внимательно взглянул на Ивоннель. Эта всемогущая женщина–дроу, которая могла бы встать во главе армии из двадцати тысяч темных эльфов, которая в совершенстве владела заклинаниями, дарованными ее богиней своим поклонникам, которая могла при помощи чар сражаться с такими, как Громф Бэнр, внезапно показалась ему ничтожной.

Переведя взгляд на склон горы, Энтрери увидел в воротах монастыря одинокую фигуру; и когда воин вызвал волшебного единорога и повел его вниз по склону, Артемис Энтрери понял, что критический момент, момент истины, настал.

— Он идет, — прошептал ассасин.

— Не забывай свою роль и не забывай о том, зачем ты здесь, — повторила Ивоннель и исчезла в роще.

Энтрери при помощи обсидиановой фигурки вызвал собственного «скакуна», адского жеребца, повел его к дороге и там, в тени деревьев, принялся ждать Дзирта.

— Что ты здесь делаешь?! — вздрогнув от неожиданности, воскликнул дроу при виде человека. Он с самого начала показался Энтрери потрясенным и расстроенным и нахмурился еще сильнее, заметив у дороги старого знакомого и старого врага.

Ассасин сплюнул на землю.

— Вокруг тебя столько всего происходит, а ты не можешь догадаться, в чем дело? — отвратительно ухмыляясь, произнес он. — Ты разочаровал меня, Дзирт До’Урден.

Дзирт немного откинулся назад.

— Что ты имеешь в виду?

Энтрери соскользнул на землю и взмахом руки отправил коня прочь, затем сделал знак Дзирту присоединиться к нему.

Дроу удивленно и с подозрением посмотрел на человека, однако повиновался и отпустил Андхара; воины остановились друг напротив друга, на расстоянии нескольких шагов.

— Зачем ты пришел сюда? — рассерженно спросил Дзирт. — Неужели ты заодно с…

— Я в союзниках не нуждаюсь, — перебил его Энтрери.

— Выходит, это совпадение?

— Я не верю в совпадения, — произнес Энтрери таким тоном, что Дзирт вздрогнул. Казалось, он уже слышал эти самые слова, произнесенные этим человеком с точно таким же выражением много–много десятков лет назад.

Так оно и случилось на самом деле, в туннелях поблизости от Мифрил Халла, когда дроу Мензоберранзана в первый раз пошли войной на крепость Бренора, а Артемис Энтрери присоединился к Дзирту и его друзьям в обличье Реджиса.

Дзирт покачал головой.

— Не можешь догадаться, зачем я пришел сюда? — угрюмо спросил Энтрери. — И почему именно я? Почему в этом облике, в облике этого человека, твоего старого врага?

Дзирт поморщился.

— А кого еще ты ожидал встретить в качестве воплощения своего кошмара? — произнес Энтрери, якобы открывая свои карты.