По контрасту с общим декором «Пруссии» переговорная комната казалась воплощением убожества. Стальная коробка, никакой мебели, экранированные стены, люк со штурвалом. Прямо какое-то противоатомное убежище, только выложенное стеклоподобным материалом, что неприятно скрипел под каблуками. Герметичная, предельно изолированная от мира коробка, где можно было в относительной безопасности говорить о сложных вещах. Строго говоря, переговорный блок даже не являлся частью «Пруссии», часть корабля арендовала «Equity Machines», почтенная фирма, специализирующаяся на посредничестве, и она же гарантировала конфиденциальность.

— Только без зажиманий! — сразу предупредил Глинский, как только Бес закрутил штурвал. Стеклянная пленка чуть заметно вибрировала, препятствуя возможной прослушке.

— Поразил в самое сердце, — отозвался Фирсов. — А я уж готов был отдать его тебе!

Глинский качнул головой, словно признавая, что ответ на укол получился достойным.

— Ну и как после вернемся? — спросил инструктор. — Время дорого, а мы на корабле, к тому же парусном. И на кой хер тебе понадобилось забиваться в таком вот месте?

— На винтокрыле, — Постников даже удивился такому детскому вопросу. Отстал Глинский от жизни, малость отстал… — А корабль, чтобы нашим графам проще было контролировать обстановку. Замкнутое пространство, ограниченный круг лиц, много камер, все занесены в базы. И графу лезть в систему проще.

— А… ну и хрен вам. Если Матвей не захочет, его и не найдешь.

— Да видим уже, — буркнул Фирсов, озираясь. — Забавно… В прошлом году мы так грохнули пару нехороших людей. Пока они трепались в герметичной коробке, автоматик приехал и заварил дверь снаружи. Надеюсь «эквиты» такое предусмотрели.

— Есть дело, — заговорил Постников, стараясь излагать вводную как можно лаконичнее и в то же время информативнее. — Числовая башня с архивом, часть из которого надо «вырезать». В идеале незаметно. Времени на подготовку… мало. Несколько дней. Сторожевая система в процессе установки, поэтому наш граф может пошуровать с ее настройками, но, к сожалению ограниченно. По плану фаза первая — десантирование на крышу с ротошютом в режиме авторотации. И с посадочными штангами.

— Позвоночник сложится, — прокомментировал по ходу рассказа Глинский. — У америкосов все так, еще с марсианской гонки. Насовать неопробованных технологий в один мешок, хорошенько встряхнуть и надеяться на удачу.

— Возможно. Но может и не сложится. Фаза вторая — проникновение. Башня представляет собой цилиндр с пустой сердцевиной, туда выходит спираль внутренней транспортной сети. И вентиляция

— «Фонтан»? — уточнил Глинский.

— Да.

— Вдвойне плохо, если там хотя бы полтысячи работающих «Триглавов», поток воздуха такой, что хер приземлишься, парусность не позволит.

— Да, будет непросто. И здесь начинаются проблемы. На крыше десантника прикрыть можно, однако ниже среза нельзя протащить ни металл, ни синтетику.

— И потому вам нужен человек, сильный как кибернетик и полностью «чистый», даже чтобы пломб не было, — ощерился в догадке Глинский.

— Да. Он будет в комбинезоне из парусины и спустится вниз примерно на полсотни метров с помощью джутовой веревки. Спустится на первобытной «восьмерке», самая простая, из железного дерева. Дальше проникновение через транспортную трубу или вентиляцию, еще решаем, что быстрее.

Глинский быстро качнул голову набок, словно желая достать ухом плеча, но жест вышел неопределенным, то ли сомнение, то ли сдержанное уважение хитрости плана.

— Ну-ну, — все так же неопределенно сказал он. — Дальше.

— Дальше самое сложное. Внутренние помещения заполнены инергеном, то есть углекислый газ, азот, аргон, гелий. Нужно будет незаметно проникнуть в транспортный узел, включить линию и получить посылку. Это займет семь или восемь минут.

— С материка? Через подводную сеть автодоставки? — усомнился Глинский. — А, вы хотите отпилить кусок трубы и загнать в систему свой ящик.

— Да, наш граф уже работает над этим. Посылка уйдет из города планово, как безобидные комплектующие, мы подменим ее по дороге и отправим на терминал ящик, набитый электроникой. Дальше наш граф через внутренний доступ возьмет контроль над сторожевой системой доставки. В общей сложности придется задержать дыхание на одиннадцать минут.

— С этого надо было начинать. Да, без «мичуринца» вам хана. А зачем так сложно, если можно сразу ломать систему через бандерольку?

— Пятьдесят на пятьдесят, что не удастся корректно подделать цифровую печать груза. Кроме того, посылку надо будет подключать напрямую, кабелем. Поэтому сигналка зазвенит с вероятностью процентов этак семьдесят. Но ее можно замкнуть в контуре почтового узла, чтобы сторожевая система не видела сигнал, пока граф ее нагибает. Агенту придется заучить последовательность команд и ввести их с кальки в терминале, подгадав строго к нужному моменту.