— То есть, для меня, — вставил Мохито. — Минут… — граф задумался. — Ну… десять. Девять. Восемь если все сделать быстро. Мдя, там же бескилород везде.

— Да, восемь-десять минут дышать инергеном или не дышать вообще. С интенсивными нагрузками. И потом еще бог знает сколько на обратном пути. И это мы еще не учитываем возможность схватки. Можно, конечно, вшить в легкие кислородные капсулы из биополимера… Нет, слишком непросто и времени мало на подготовку. Надо или несколько недель кропотливого планирования или сразу готовить штурм с десантируемой техникой. Или продавать конкурирующему тресту саму идею архива, пусть они с ней что хотят, то и делают.

«With a Little Help from My Friends…» никак не отпускало мозги Постникова.

— Нет, на все три варианта, — сумрачно отрезал Костин. — И надо уложиться в девять дней, пока «TDA» не заработала в полную силу, и уборщики не добрались до этажа с «ГосСтатом». Лучше в четыре-пять.

— Тогда давайте все, что есть, но свое квалифицированное мнение я сказал, — развел руками Кадьяк.

— Жаль, — с искренней грустью произнес Нах.

— Стопэ, — вдруг сказал Постников, и взоры всех присутствующих обратились к одноглазому кибернетику.

— Стопэ, — повторил Бес, машинально используя слово из прежней жизни, которым и тогда то не пользовался, а вот, поди же, запало в голову…

— Немного помощи от старых друзей, — сказал он, переведя вслух строчку песни.

— Что? — спросил кто-то из «мудрецов», Бес не понял, кто именно, уйдя в собственные мысли.

Постников, двигаясь как сомнамбула, прошел к столу и прямо из горлышка опустошил початую бутылку минеральной воды.

— Значит, голый человек без капли хрома. Очень сильный, — с расстановкой перечислял Бес вводные. — Который сможет не дышать минут десять, а то и все двадцать… и в случае чего, наваляет охране подручными средствами. Если не повезет. И у которого не будет времени на долгие тренировки, так что он должен освоить азы промальпа за пару суток, не больше.

— Поэтому я и говорю — невозможно, — повторил Кадьяк.

— Ты знаешь такого? — сардонически поджал губы Фирсов. Но во взгляде трестовика загорелся огонек тщательно скрываемой надежды и веры в чудо.

Бес честно поразмыслил, хочется ли ему отвечать на этот вопрос и вообще вспоминать о неких событиях. Затем ответил:

— Я знал такого человека. Но чтобы найти его за… считай, неделю, понадобятся кое-какие связи, деньги… — Постников вздохнул. — И везение.

— А, твою мать! — Фирсов, наконец, понял и, совсем потеряв самоконтроль, с размаху стукнул кулак в ладонь. — Как же я не подумал!

— Можно расшифровать для тех, кто в кабине под винтом, — попросил Нах так, что сразу было понятно — это не просьба.

— Матвей по прозвищу Коллега, — быстро надиктовывал графу Фирсов, Мохито кивал как заведенный на каждом слове. — Ближайший помощник в организованной преступной группе доктора Эла, Москва, тринадцатый год. «Разборка», трансецы», «Красная дорога».

— Понял. Ищу.

Мохито как стоял, прислонившись к стене у окна-экрана, так и сполз на паркет, закатив глаза, меж губ поползла ниточка слюны, нижняя челюсть мелко-мелко задрожала, словно выбивая азбуку Морзе в стремительном ритме.

— Так, — Копыльский, похоже, ухватил мысль быстрее других «флибустьеров». — Транс? Биофорс?

— Клон, — ответил Бес и тут же поправился. — «Мичуринец». По крайней мере, на то было похоже.

— И он сможет?

Постников улыбнулся, чувствуя себя так, словно и не было долгих лет боли, тревог, увечий. Улыбнулся как в свои лучшие времена, когда он был «оруженосцем» — арбитром, и весь мир лежал у ног профессионального убийцы.

— Не узнаем, пока не спросим.

Нельзя объять необъятное, побывать везде и все испытать. Бес видел многое, немало путешествовал, однако так вышло, что в его богатой на события биографии не нашлось места для морского путешествия, во всяком случае, до сего дня.

«Пруссия» была тем самым кораблем, что видел Постников из окна совещательной квартиры два дня назад — пять мачт с парусами в виде перевернутых вверх ногами трапеций, а также носовая часть, сбегавшая к воде плавным изгибом. Такая форма сразу навевала мысли о таранном ударе в борт какого-нибудь авианосца. Судно — первое в большой серии — казалось архаичным пережитком старины, однако в действительности было авангардной разработкой, которая позволила владельцу отвязаться от дорогого топлива при сохранении приемлемой скорости перевозок. «Пруссия» изначально создавалась как транспортник, который мог принимать на борт пассажиров среднего класса, но правильно организованная рекламная кампания сделала круизы на мега-паруснике очень популярными. Кроме того вошли в моду закрытые переговоры и сделки посреди океана, а некоторые тресты начали арендовать целые отсеки под мобильные штаб-квартиры и числовые центры, так что недавняя реконструкция добавила кораблю тридцать метров к общей высоте пассажирских надстроек. Впрочем, надо сказать, что атака беспилотников на плавучую лабораторию «ЕВО» вызвала отток спроса, и никто не мог сказать, восстановится ли он. Морские гиганты вдруг оказались крайне уязвимыми, и на них уже спешно устанавливали настоящие батареи ПВО. Вот наглядное доказательство тезиса об агрессивном арбитраже, как двигателе прогресса…

Разумеется, Бес и Фирсов не претендовали на роскошь нулевого класса, однако Комитет приобрел им вполне достойный абонемент, гарантирующий отдых уровня администраторов среднего звена или умеренно богатых рантье. Впрочем, ни тот, ни другой концессионер не спешили окунуться в пучину развлечений и бесцельной траты человекодней. Их ожидало крайне ответственное дело.

За минувшие часы Бесу надоело постоянное присутствие в голове Эль Мохито. Комитетский хакер подключился напрямую к искусственному глазу и дентофону кибернетика, так что Постников чувствовал себя шизофреником с голосами в голове. Не сказать, чтобы такой опыт был ему чужд, но кибернетик отвык от постоянного контроля. Старые привычки возвращались с трудом.